В темном зале с резными колоннами в свете прожекторов танцуют безобразия: мужчины рубятся кулаками, кровь стекается по лицам. Зрители бурно реагируют на жестокие бои — они охотятся за зрелищем, забывая обо всем на свете. Такое мерзкое насилие привлекло тебя в нечто невероятное и отвратительное....
Она будет жить с нами, — Пётр протянул руку малютке, но тот недовольно засопел и быстро пополз в уголок, откуда потом ещё минут пять смотрел на меня зверёнышем.
Это тот самый обещанный сюрприз?
— Петь… Ты не говорил, что у тебя есть сын… Да ещё и маленький такой… Ему сколько?
— Два.
— Но почему ты не сказал? И где его мама?
— Да потому что боялся, Снежан. Знал, что как только узнаешь, сразу же откажешься от нас. А я не хотел тебя терять, понимаешь? Не хотел! Кому нужен мужик с больным ребенком? Никому.
— Петь… Я просто не понимаю, как ты скрывал ребенка? Ведь я до свадьбы столько раз была у тебя в гостях и ночевала… Где он был?
— Он… У друга… Там у них своих трое, вот и моего иногда берут.
Это был первый день моего замужества. Мы расписались, забрали мои вещи из коммуналки и приехали в квартиру Петра. Я молча наблюдала за оправданиями новоиспеченного мужа и, втихаря поглядывая на мальчика, не верила тому, что со мной все это происходит.
Получается, ложь не была спонтанной. Он всё тщательно продумал и заведомо врал…
— Я не знаю… Это очень странно всё.
В тот вечер я вернулась в свою коммуналку и до утра обдумывала всё произошедшее. Я была влюблена. Да и ребенок меня не пугал. Я обожала малышей и очень хотела стать мамой. Правда, тогда еще не знала, что не смогу…
За ночь всё обдумала и, когда Пётр пришел с цветами и слезами на глазах, не смогла ему отказать.
Нет, я ни разу не пожалела о том, что заменила брошенному малютке родную мать, после того, как она (по словам мужа) бросила их, сбежав из роддома с любовником. Это было странно, дико. Я никогда не понимала женщин, которые бросали своих детей. Никогда. Это против природы. Этого не должно быть.
