Тот, кому верила, любила. Именно из-за него я оказалась в лапах бандита, руки которого по локоть в крови. Правда, в случае Таи всё намного сложнее… Я не знала, что за человек живёт со мной рядом. Не хотела замечать. А она знает. И всё равно любит.
— Это ты ничего о нём не знаешь. Когда меня поймали на рынке за воровство и избили до полусмерти, он подобрал, накормил. Дал жильё и работу. Он всё мне дал! — выкрикнула, повернувшись лицом, и меня буквально захлестнуло волной её страшной, адской боли. — И я не одна такая! Так что, оставь свои проповеди для кого-нибудь другого! Меня уже завтра здесь не будет… Он не простит… Из-за тебя я натворила глупостей… На, вот! — бросила мне потрёпанную тетрадку, что до сих пор держала в дрожащей руке.
— Здесь почти вся моя жизнь. Почитай! И может тогда ты поймёшь, что он получше многих «добреньких» дяденек, лишь на словах льющих патоку. Он жёсткий, порой даже жестокий, но он справедлив! — по щекам девушки лились слёзы, и мне так захотелось её обнять, что вцепилась рукой в столешницу, сдерживая этот порыв.
— Тот человек, смерть которого ты сегодня увидела, детоубийца и насильник! Он заслужил всё, что с ним произошло! А ты просто слепа, если не видишь, КАК Марат Саидович смотрит на тебя."
"Потеряв дар речи, я долго смотрела Тае в след, а когда она скрылась из виду, обратила внимание на тетрадь, что так и осталась лежать на столе. Рука сама потянулась к ней и я, воровато оглядываясь, утащила тетрадь с бутылкой к себе.
«26 мая 2009 год.
Сегодня нас привезли в летний лагерь.
Здесь очень хорошо, и мне кажется, что я счастлива. Нас кормят четыре раза в день, даже сладости дают. Не то, что в интернате…»
Дневник Таи начинался с записи десятилетней давности. Ещё корявым, детским почерком она выводила слова, смысл которых мне был очень хорошо знаком. Не уверена, что имела право читать его, но теперь уже вряд ли остановлюсь…
«17 июня 2009 год.
Я снова подралась с Машкой. Она сказала, что я никому не нужна, и меня никто не удочерит. Я ей не верю. За мной обязательно придут! Придут и заберут отсюда! У меня тоже будут мама и папа!»
Глотая слёзы вперемешку с вином, тихо выла, забившись в угол.
Рычание псов в голове и страшный взгляд Марата, пробирающий до самых костей, прожигающий нутро и превращающий все мысли в одно желание — взять сына в охапку и бежать, куда глядят глаза. Но мне сложно было представить, как это всё проделать. К тому же, я не могу рисковать сыном. Что-то пойдёт не так, и Варвар уничтожит меня.
