Путница шла по тонкому балансу между светлыми комнатами и густым пламенем камина. В Темном мире даже лето затягивалось в оболочку липкого тумана, лишая жизнь радужных красок. Она вздохнула, прячась от Мастера, а стены были заражены пустыми фигурами, словно изваяния без души....
Но Вейн не могла не признать, что, обучаясь у старого Верда, она достигла тех высот мастерства, которых не достигла бы никогда, оставаясь с Диром.
Правда, Дир вряд ли додумался бы до тех методов, которые использовали Смотрящие.
Она не думала об Охотнике. И удивилась, встретив его однажды в коридоре дворца. Это был тот недолгий период, когда у Путницы не было никакого задания, и она отдыхала, проводя время с сыном. И потому сейчас была не в привычной одежде Охотницы, а в простом зеленом платье с широким поясом-кушаком и длинными руками с разрезами.
— Дир? — Путница вскинула бровь, настороженно оглядывая мужчину. — Что ты здесь делаешь?
— А ты не рада меня видеть, принцесса? — он растягивал слова с насмешкой, но смотрел исподлобья, тяжело. И было лицо осунувшееся, снова заросшее русой щетиной, с потухшими медовыми глазами.
Серый плащ почти скрывал его фигуру, но тренированный взгляд Вейн заметил и тяжелое оружие, и множество магических предметов и амулетов.
— Рада, — спокойно ответила Вейн. И поняла — правда, рада. В этом мире темноты Дир был привычным, почти родным. Как дальний родственник, видеться с которым часто нет никакого желания, но само осознание, что он есть, греет душу.
— Даже не обнимешь? Раз рада? — все с той же натужной насмешкой протянул он.
— Зачем ты здесь? — мотнув головой, повторила Путница.
— А, может, соскучился?
Эри постояла, в упор рассматривая его, и мужчина смутился, отвел взгляд.
— Что с Алексом? — сипло спросил он.
— Он здесь, нам выделили комнаты в северном крыле, — так же спокойно рассказала Вейн и улыбнулась. Ее глаза загорелись, как бывало всегда, когда она думала или говорила о сыне. — Просит купить ему лошадку и научить ездить верхом.
— А ты? — тихо спросил Дир, с болезненной жадностью всматриваясь в ее лицо.
Вейн рассмеялась.
— Куплю. Когда четыре исполнится, мал еще. Прости, мне пора, тороплюсь, — она прошла мимо, чувствуя, как он смотрит ей в спину. И снова удивилась, встретив его на следующий день, уже в другой одежде, без плаща. И прямо возле дверей своих комнат.
— Я начинаю думать, что ты меня преследуешь, — усмехнулась Путница.
— Может, и так, — блеснул он глазами. — Думаю, мы теперь чаще будем видеться, Путница.
