Вето на девочку описывает атмосферу грусти и непреодолимой скрытой вины, где саксофон играет вдали, как символ того, что внутри героини все кипит. Жизнь героини становится невыносимой, но решительность – это единственное, что помогает выжить и найти силы уйти из дома. Параллельно ее подруга Катя сочувствует и делится своим мнением о том, как жизнь разворачивается вокруг нее, придавая ей новые поводы для отчаяния....
Хохочу громче всех, но внимательно прислушиваюсь к разговорам. И кажется, просекаю одну интересную вещь. Друзья Масловского, да и он сам – хакеры.
Отлично!
«Не вспугни», – предупреждаю себя тихонечко. И наметанным глазом выбираю самого голодного. Масловского! И когда он ненавязчиво напрашивается в гости, мнусь неловко.
– Мне еще эконом. теорию учить и дифуры решать…
– Да я помогу. Подумаешь! – морщится он нетерпеливо.
– Тогда пошли, – подмигиваю я."
"Мазнув взглядом по окнам первого этажа, замечаю движение занавески.
– Душ направо, – уже в квартире отпихиваю нетерпеливого кавалера, а сама, скинув пальто, быстро прохожу в спальню. Разбираю постель.
– Добро пожаловать, милый! – ухмыляюсь довольно.
– Ну ни фига себе хата! – тянет Антон, выйдя из ванной в одном полотенце. – Шикарная двушка! Твоя?
– Ага, папочка подарил. Он у меня добрый, – воркую я, подходя ближе. И сорвав с Масловского полотенце, убегаю в ванную.
Папочка! Сука, а не папочка! Но Масловскому об этом знать не положено.
Быстро встаю под душ и, наскоро вытершись, возвращаюсь к Антону голой.
– Ну что, мальчик, покажи класс! – приближаюсь тигрицей.
Он хватает меня за руку, тянет на кровать. Наверняка что-то воображает себе, но быстрый секс с неопытным партнером меня не впечатляет. Придется учить.
– Ну ты даешь, Катька! – падает он рядом и добавляет серьезно: – Я у тебя, пожалуй, поживу.
– Да живи, – отмахиваюсь томно. Притворяюсь, что получила несказанное удовольствие.
– Излагай! – притягивает он меня к себе. Лениво щекочет под ребрами.
Увернувшись, привстаю на локте и серьезно всматриваюсь в бледное лицо.
– Ты покупаешь продукты, я плачу коммуналку. Ты делаешь за меня уроки, я готовлю. Убираем по очереди!
– Годится, – кивает Антон.
А я лишь на минуточку прикрываю глаза. И просыпаюсь, когда на кровать падает тетрадка по дифурам.
– Я все решил, – коротко роняет Масловский. – Мне сейчас нужно уехать. А завтра после занятий уже переберусь к тебе насовсем.
«Насовсем мне не надо, дружок, – напеваю я про себя. – Но пока хвостом бьешь, можешь тут прибомбиться».
И как только закрывается дверь, начинаю придумывать план мести Макаровой. Она должна пострадать. Хлебнуть хорошенько. И потом приползти ко мне на коленях. Попросить прощения. Но до этого пока далеко.
До марта я старательно собираю инфу на бывшую подругу. Работает там же. Учится в ВШЭ. Стала модно и дорого одеваться.
