Вето на девочку описывает атмосферу грусти и непреодолимой скрытой вины, где саксофон играет вдали, как символ того, что внутри героини все кипит. Жизнь героини становится невыносимой, но решительность – это единственное, что помогает выжить и найти силы уйти из дома. Параллельно ее подруга Катя сочувствует и делится своим мнением о том, как жизнь разворачивается вокруг нее, придавая ей новые поводы для отчаяния....
Вот только выследить ее любовника я так и не могу. И где живет тоже.
Странная история!
– О чем задумалась? – тыкает мне пальцем в нос Антон. Его дурацкие ужимки страшно раздражают. Но чувак за голимый секс делает за меня домашку, приносит продукты и моет посуду. Мой личный раб.
– Мы так плохо расстались с Настей Макаровой. Я хочу извиниться. А ничего не знаю о ней. Глупо терять подружку…
– Говно-вопрос, – подслеповато щурится Масловский. На красивом лице вдруг появляются морщины, словно подтверждающие бурную умственную деятельность.
– Да знаю я твои желания! – отмахиваюсь от загребущих лап. – Только как ты найдешь Макарову?
– Элементарно! – фыркает самодовольно Антон. А я молчу. Давно жду от него признаний. Нет, не в любви. Его чувства меня не интересуют. – Мы ей червя подкинем с вирусным видео. У тебя будет доступ к телефону в течение суток. Потом придется убрать. Это очень опасно…
– Да это все теория… Сказки… – смеюсь я, подначивая. – Ты начитался книжек, мой маленький дурачок!
– Это я – дурачок? – рычит Антон.
– Бабки – это хорошо, – улыбаюсь я.
«Колечко тоже. Вот только тебе ничего не светит, балбес», – ухмыляюсь про себя.
Чувствую, как твердый член Антона упирается мне в живот.
– Давай пошпилимся стоя, – шепчет хрипло Масловский.
– Как скажешь, милый, – улыбаюсь игриво. – А потом ты сразу запустишь вирус.
– Годится, – распластывает меня по стене любовник. Болезненно мнет грудь. Стягивает шорты. – Впусти, Катька, – просит нахраписто.
Впускаю. Куда деваться.
И тем же вечером получаю доступ к Настиному телефону. Сразу лезу в галерею. И чуть с ума не схожу от ярости.
Макарова и папа! Они любовники, божечки-кошечки! Теперь многое становится понятным. Эта сука ходит в дорогих тряпках, а я сижу на жалкой тридцатке! Она живет с моим отцом в шикарном пентхаусе, а я в квартире охраны с дураком Масловским.
Лихорадочно листаю фотки и залипаю на одной из них. Мой отец по пояс голый стоит у окна в предрассветной дымке. Красивый богатый мужчина с накачанным торсом разговаривает с кем-то по телефону.
«Узнать бы, где они живут! – думаю я, цепенея от ярости. – Вломиться и разнести всю хату в щепки! Настьке по щщам надавать! Вцепиться когтями в блеклую рожу. Выдрать на фиг все волосы».
Да я убить за отца готова! Эта сука забрала у меня его.
