Автор
В глубокой тьме комнаты Марина чувствовала холод каждого кирпича под стоптанными ботинками. Ее дыхание заполняло пространство так же плотно, как и страх, укушавший ее изнутри. Она не могла прикрыть глаза, чтобы не вспомнить, что видела: Костя на диване с чужой женщиной, а она стояла за дверью, словно моль, вынужденная проскользнуть сквозь стены....
Почему-то вспомнилась статья, которую читал Никита. «„Ультра-плюс“, прокладки с крылышками».
Господи, да ведь вот оно!
Оно все время крутилось в подсознании и никак не хотело вылезать на поверхность. Понадобилась смешная статья из газеты, чтобы помочь догадке всплыть.
Ну конечно. Запах и капля крови на шее. Запах критических дней, как их теперь принято называть. Хорошо знакомый Дмитрию, имевшему старшую сестру, которая повзрослела в те годы, когда о прокладках никто и слыхом не слыхивал. И запах этот он помнил.
Никаких положительных эмоций у Дмитрия он не вызывал. Но само по себе это ничего не значит. Отрезать и глотать кончик чужого языка ему также не приходит в голову. Однако кое-кто этим занимается.
Самарин вспомнил все случаи нападения «паркового» маньяка. Помнится, его удивило то, что зимой тот впадал в спячку. Ни одна жертва не была одета в пальто. Теперь все объяснялось – он шел на запах. Зимой, тем более в пальто, учуять его трудно. Зато летом в жару, да когда на женщине один легкий сарафан, вот тогда его можно ощутить за несколько метров…
Значит, критические дни…
Дмитрий вспомнил гранатовую каплю на Таниной шее.
Спокойно, старший следователь Самарин. Не стоит слишком увлекаться. Ваша сестра, а не вы работает в газете. Не будем сразу представлять маньяком Селезнева, Чекасова или Власенко.
И тем не менее у сотрудников отделения было больше всего шансов как следует рассмотреть ее.
Жебров-младший… Он ведь знал и прошлую жертву, Марину Сорокину. Причем знакомство с ней не афишировал.
Очень хотелось бы проверить Анатолия Григорьевича на вшивость… Но как?"
"Посмотреть его любопытную картотеку, проверить, кто из подростков там числится, а кто нет. И действительно ли дети, которые попадали к нему в детскую комнату, потом прибыли туда, куда он их отвозил.
