В штабе Руссиянова собрались ключевые лица: я и мой заместитель Гладченко. Мы уже выезжаем на встречу с Аверьяновым, когда тот уже спешит узнать у нас что-то новое о группе Гудериана. Вопреки всем подозрениям, я был практически уверен в том, что это касается плана наступления силы Гудериана к Минску с юга....
Задача ясна?
К чести Стрекалова, у него не дрогнул ни один мускул на лице. Честно говоря я сам не ведал что творил в тот момент, ставя перед этим человеком чертовски трудную задачу, оторую он должен был выполнить в нереальный срок… Уже много позже, когда мне на пальцах объяснили, с чем смог справиться этот человек, я понял как мне невероятно повезло с ним. Вот не на пустом месте один человек сказал: «Кадры решают все!»."
"Ведь как оказалось, инструкторы аэроклубов в своей повседневной работе практически не выполняли ночных полетов.
* * *Еще когда мы стояли в лесу почти несколько дней подряд, я озадачил наших саперов, ремонтников и персонально деда Павла изготовлением железных ящиков для таких кустарных аналогов МОНок.
В приготовленный железный ящик укладывалось два килограмма тротила и сверху шрапнель из распотрошенных шрапнельных снарядов, после чего он опускался в деревянный ящик с ручками и заколачивался, а в специально проделанное в нем отверстие вставлялся самопальный электродетонатор из автомобильной лампочки.
Обычно мы эти мины ставили на обочине, в паре метров от дороги на расстоянии метров в тридцать друг от друга и на протяжении двух километров, все мины соединили электрокабелем и направляли под углом градусов в тридцать к дороге с таким расчетом, чтобы шрапнель летела вдоль дороги, захватывая при подрыве наибольшую площадь.
