Также в вашу партию вступят товарищи Ларионов, Бережной и прочие, прочие, прочие, которые, конечно же, уважают господина Столыпина как серьезного организатора, но совершенно не приемлют его правой ориентации…
– Постойте-постойте, батоно Мишико, – запротестовал Коба, – я член партии социал-демократической рабочей партии большевиков, и еще не давал вам согласия на переход в какую-то там лейбористскую партию. Почему бы вам не использовать потенциал уже готовой партийно структуры вместо того, чтобы пытаться городить партийный огород с самого нуля?
– Во-первых, – сказал император, – партия большевиков, несмотря на все доброе к ней отношение со стороны моей монаршей персоны, так и не вычеркнула со своих скрижалей необходимость свержения самодержавия. Правда, сейчас ваши идеологи заявляют, что добьются они этого исключительно мирным путем, но нам-то известно, что делается это только для того, чтобы не конфликтовать с ведомством Александра Васильевича Тамбовцева, с которым шутки плохи. Во-вторых – название «лейбористская партия» в переводе с английского означает «партия профсоюзов». Именно в ваших руках находится самый мощный, сплоченный и обеспеченный профсоюз Российской империи, а значит, вам и карты в руки. Кроме всего прочего, членами профсоюзов могут быть члены самых различных политических партий, следовательно, в уставе лейбористской партии должно быть записано, что ее члены могут быть членами других партий левого или центристского направления. К тому же, если вы отделите свой личный рейтинг от партийного, то увидите, что лично за вас будут готовы проголосовать почти в пять раз больше народа, чем за партию большевиков вообще. Сторонники товарища Ульянова, разумеется, тоже пройдут в Думу, но будет их депутатов в разы меньше, чем у лейбористов. Их фракция пригодится вам для блокировок по различным политическим вопросам или даже для создания устойчивой коалиции. Решайтесь, дорогой Сосо, ведь создание лейбористской партии и ее успешная деятельность в будущей Думе – это и есть вам мое задание на следующий период вашей жизни и ступенька к великому канцлерству.
– Погодите, батоно Мишико, – с задумчивым видом произнес Коба, – вы мне так до сих пор не объяснили – для чего вообще нужна эта Дума? Лично я не вижу от нее никакой пользы, за исключение декоративного оформления вашей монархической системы.
– Ну, – с серьезным видом ответил Михаил, – декоративная функция у Думы будет, но только ею дело не ограничивается.
