Каждое взгляду в глаза приковывает внимание кого-то нового: удивление новичков, равнодушие скучающих местных обитателей, радость опытных и знавших, а с каждым годом увеличивается число злобных взглядов тех, кто боится или ненавидит Волка императора.
И вижу, что под моим взглядом оно, упрятанное за легкой тканью, становится все достойнее и достойнее…
Единый… Он может вообще хоть о чем-нибудь думать, кроме этого непотребства?"
"— Принцесса… — мурлычет, между тем, Волк, и от его низкого, влекущего тембра все внутри меня томно стонет и даже пытается ответить. С негодованием пресекаю в себе эти глупые поползновения, сурово сжимаю губы и, не без некоторой борьбы с внутренней дурной кошкой, почуявшей своего самца, твердо смотрю в блудливые , отдающие зеленью глаза.
— Добрый день, — сухо отвечаю я, делаю шаг в комнату и закрываю за собой дверь.
— Сразу на защелку, принцесса, — хрипит Волк довольно, потягивается на кровати, с наслаждением демонстрируя мне все то, чего, по его мнению, я еще недостаточно увидела и пощупала. И попробовала на вкус… Ах, чтоб тебя, похотливое ты животное… — чтоб потом не отвлекаться…
— Я не собираюсь… — начинаю я гневно, — и вообще, я разрываю наши договоренности! Вы, грубое животное, но я надеялась, что вы не подлы и не жестки сверх необходимого!
— Интересно, — Волк садится на кровати, внимательно смотрит на меня, — и что же заставило вас поменять мнение обо мне? Я, кажется, выполнил все, что обещал… И, признаться, ожидал большей благосклонности с вашей стороны… И вы обещали мне… Помните?
— Не хочу сейчас об этом! — резко обрываю я попытку увести наш разговор в известное, пошлое до невозможности русло, — вы отправили моего брата, моего единственного брата… На верную гибель!
— Не понял сейчас… — и, судя по бесконечно удивленной морде, Волк и в самом деле не понял моих претензий.
Что ж, сейчас поясню! Так поясню, что жарко станет!
Глава 41
Глава 41
— Вы воспользовались моей слабостью, — начинаю я, победно и злобно изучая внимательно смотрящего на меня Волка, — и не в первый раз, впрочем! Очень благородно… Хотя, чего еще ждать от такого грубого, вероломного животного…
— Про то, какое я животное, чуть позже, леди, — прерывает он меня, лениво откидываясь обратно на подушку, подпирающую стену, — сначала про обман.
