Волчья хватка открывает двери к незнакомому миру, где каждый движение кажется напряженным прыжком на батуте, будто ты летишь по воздуху. Сплетаясь с чувствами долгого тренировочного затравленья, волна щемящего удовольствия и лёгкой боли пробирается через тело героя, заставляя его ощущать себя необычайно живым и в то же время почти пьяным от собственной силы....
И к этим третьим были привязаны две верёвки, своеобразные растяжки, чтобы держать спереди и сзади, как держат дикого медведя, когда выводят на люди. И все меры предосторожности были неслучайными: физиономии у конвоиров напоминали жареные баклажаны, особенно досталось омоновцам и офицеру, рука которого висела на перевязи. Но на самих Максах ни царапинки.
С перевозом вышла заминка, точнее, ситуация, как в загадке про волка, козу и капусту — маленькая лодка не поднимала четверых.
— Дядя Слава, ты не знаешь, кто нас выдал? — спросил младший.
— Не знаю, — проронил Ражный, ощущая гнетущее чувство жалости и опустошённости.
— Может, Агошков?.. Но мы его на свадьбу пригласили, чтоб помириться.
Егерь скрывался в лесах с тех пор, как зарезал Каймака в гостинице. Его никто не преследовал, не разыскивал, однако он все равно прятался и приходил домой по ночам, принося семье пропитание. Но сам уже больше года ничего не ел, пил только родниковую воду, почернел и напоминал египетскую мумию."
"— Это не Агошков, — вдруг сверкнул глазами старший. — Это ты нас выдал! Ты, дядя Слава! Потому что захотел отнять у нас Милю.
— Не правда, он не выдавал! — уже привычно — давно спорили! — заявил младший.
— Но Миля была у него на базе до пяти утра!
Я видел, как он внёс её в дом! На руках! Видел сам!.. Это честно?
— Ну и что? Она же свободная девушка и ходила приглашать на свадьбу. Как посажёного отца.
— Зачем он взял её на руки?!
— Взял, ну и что?
— А то! Она… Она спала с ним! Гляди, он в глаза нам смотреть не может!
— Потому что за тебя стыдно!
— Ты её плохо знаешь! И его! Он же оборотень! Оборотень! Помнишь, видели в дубраве?!.
— Не сердись на него, — попросил младший. — Он от горя совсем голову потерял…
— Я не сержусь, — заверил Ражный.
— Почему тогда не пришёл? Миля ждала. Мы все ждали и не начинали… Тут они нагрянули. — Макс глянул на конвоиров. — Дали бы хоть свадьбу справить, нелюди…
— Заткнись! — рыкнул на него офицер.
