В темном переулке, где улицы скрываются в тени ночи, я чувствую себя лишним звеном. Вокруг мелодично щебечут воробьи, и лишь дрожь прохлады в подcroftах дают знать о том, что еще не все спят. Словно сам тихий город погружается в сон, я остываю к порогу своего будущего открытия....
Нет, меня не напугало, что я видела оборотня, скорее то, что с ним делали, возмутило до предела. На нём ставили опыты. А что , если мой Данил оборачивается вот в такое существо? Что, если его поймают и также будут резать и колоть?
Мой. Данил мой. Какая же я дура. Как я могла променять своего любимого волка на урода, содержащего клинику с врачами-садистами?
Я достала телефон. Сигнал так и не появился.
Память работала, пытаясь выловить из отрывков воспоминаний расписание Краповского, оно висело у его кабинета.
В течение нескольких часов я себя накручивала. В подсобку заглянули, забрали машину для клининга, не заметив меня. Я спряталась за белыми халатами, мои сапоги скрывала груда вёдер.
Тот самый помощник Краповского, бездушный, с бледным лицом , пошёл убирать палату, где мучили и пытали несчастное существо.
Через некоторое время мужчина вернулся, оставив машину у двери. Стало темно и тихо.
Я посмотрела на часы. Время вечернее, пора выбираться. Очень аккуратно я прошла к двери, приоткрыла её.
Чутко прислушиваясь к каждому звуку, я обследовала пустые помещения. Приглушенный, аварийный свет то гас, то появлялся. Горели бледно-голубые лампочки у пола. Обстановка зловещая. Я вспотела окончательно, но терпела.
И моё терпение было вознаграждено. В очередной палате, прикованный цепями прямо к полу, лежал окровавленный оборотень.
Для начала я изучила его оковы, потом рассмотрела помещение. У двери в небольшом настенном ящике лежали ключи. Там же электрошокер и два пистолета.
Я арфистка, девушка с высшим музыкальным образованием. Самое страшное оружие, что я держала в своих руках – нож для чистки овощей. Но в этот момент, измотанная, уставшая от своего слабого характера, я решила пойти до конца.
