Из подземелья тюремного мира он попадает обратно в мир свободы, но лишь на время. Вольностью кажется не избежать суеты и пороков, особенно когда каждый шаг может быть мановением к новой неправедности. Страх и притяжение силы ожидаемы, но он решает вернуться к себе, кто был прежде – интуиция, совесть и самопознание – чтобы найти новый путь в жизни....
Жить бы, работать да не тужить. И плевать, что пресно, лишь бы спокойно...
– Я вижу, ты надежный, не то что этот... – сказала Марина, адресуя ему одобрение, а Леньке – упрек.
– Если б я был надежным, в зону бы не попал.
– Значит, оступился...
– Оступился?!. Это была моя вторая ходка. Я – опасный рецидивист, а ты говоришь, оступился...
– И все равно ты не такой, как Ленька. Черствый, но не гнилой... И сильный... А Леньку не надо в спальню тащить, – мотнула головой Марина. – Не хочу я с ним спать... И вообще.
– Не узнают. Они у тебя пацаны послушные, спать рано ложатся... Хорошие пацаны...
Мальчишки Ролану нравились. Смышленые, подвижные, сопли не распускают. Со Степкой и поговорить можно, и матери он уже вовсю помогает. Антошка за братом тянется, тоже старается Марине угодить. И девчонка в люльке хорошо себя ведет, почти не плачет. И ручки к Ролану весело тянет, когда он к ней заглянет.
– По паспорту они – твои дети, – опустив глаза, сказала Марина.
– Мой паспорт в милиции остался. А это липа...
– Да, но тебе по этой липе жить...
– Я и живу. Неплохо здесь у тебя...
– Это ты уже говорил... Наливай, еще выпьем.
Ролан снова наполнил стаканы. Выпил, закурил.
– Пусть Ленька уезжает, – с вымученной улыбкой и напряжением в голосе сказала она. – А ты оставайся...
– Ленька – твой жених.
– Кто тебе такое сказал?.. Если бы я его любила, то замуж бы за Антона не вышла...
– А его ты любила?
– Да... То есть не знаю... Вроде бы любила, а огня не было. Жила с ним, детей рожала, а счастья не видела... И с Ленькой не будет счастья... Страшно мне с ним... Он все время меня мужем попрекает. Говорит, если я буду плохо себя вести, он меня ментам сдаст.
– Не сдаст. Он хорошо здесь устроился. А сук он рубить не будет, на котором сидит... Но если ты его выгонишь, тогда может сдать. Вместе со мной... Так что никуда тебе от него не деться...
– Может, сам уйдет подобру-поздорову?
– Если уйдет, то рано или поздно спалится. Тогда на меня покажет. И на тебя...
– Не очень высокого ты о нем мнения.
– Не очень, – согласился Ролан. – Если менты его возьмут, про меня выпытывать будут. Не выдержит он, сломается...
