Из подземелья тюремного мира он попадает обратно в мир свободы, но лишь на время. Вольностью кажется не избежать суеты и пороков, особенно когда каждый шаг может быть мановением к новой неправедности. Страх и притяжение силы ожидаемы, но он решает вернуться к себе, кто был прежде – интуиция, совесть и самопознание – чтобы найти новый путь в жизни....
Пару раз ударил ногами, затем коленом придавил его спину и вжал голову в траву.
– Брат, не надо! Я больше не буду! – заскулил перепуганный Зубодер.
– Лучше бы ты сдох, падла!
Ролан ослабил хватку, позволив ему выбраться из захвата.
– Но не сдох же! – растирая грязь по лицу, озлобленный и в то же время жалкий в своей беспомощности, прохрипел Зубодер. – И ты, пока я загибался, с Танькой спал...
– Заткнись!
Ролану не хотелось разговаривать с этим идиотом. Не достоин он был этого. Лучше бы вспомнил, как они с Танькой травы для него собирали, сушили их на солнце, отварами его поили.
– Я тебе на днях еще говорил, давай Таньку на круг распишем.
– Тебе вчера хорошо было?
– А если мне мало? А если меня приперло?.. Ты вот с ней целую неделю сам с усам...
– Я тебе сказал, заткнись... И к Таньке этой ночью не мылься, ты с ней сегодня был...
– Так ты что, снова с ней спать будешь? – возмутился Зубодер.
Вместо ответа Ролан смерил его уничтожающим взглядом и забрался в свою палатку. Оттолкнул от себя использованную Татьяну и постарался заснуть. Зубодера он не боялся, тот хоть и жестокий человек по своей натуре, но тормоза у него есть.
"Что ни говори, а устроились они на природе с комфортом. Глушь лесная, река, солнечная полянка, две палатки с запасом провизии, охота, рыбалка. И баба под боком – симпатичная и безотказная.
