Внутренняя жизнь молодой женщины нарушается чужестранцем в черных очках и костюме из тонкого кожзама. От первого взгляда становится ясно: его интересы связаны не с дружбой, а с эксплуатацией и мстительностью. Я стону и выгибаюсь под удушающей чужой лаской, отчаянно пытаясь защитить свое тело, но при этом жажду любопытства и понимания этого неумолимого нежителя....
— Теперь мы вряд ли это узнаем.
— Я и не хочу, — прошептала я. В моей жизни оказалось столько вранья, о котором я даже не подозревала…
— По крайней мере, ты знаешь, что Владлен не виноват в смерти твоей мамы…
— Виноват, — зло процедила я, отстранившись от Руса. — Это он виноват! Если бы не он, она была бы жива! Потому что ее убили из-за него!
Муж тяжело вздохнул и снова привлек к себе.
— Сейчас ты ничего не должна решать. Идем, примем ванну вместе. Я что-то устал за сегодня. Составишь мне компанию?
Умом я понимала, что он просто пытался меня отвлечь, но эмоционально… Я была никакая.
50
Если бы не поддержка Руслана, наверное, я бы еще долго крутила в голове мысли про бывшего друга. После всего я не могла и дальше его таковым считать. Возможно, это было нечестно. Ведь после выпуска Костя же выручал меня и не раз.
А так… По всему выходило, что все к лучшему.
Впереди нас ждал благотворительный вечер. Я понятия не имела, как там надо себя вести. Но со слов мужа поняла, что мероприятие это имело большое значение и опозориться было нельзя.
Кроме того, нужно было выбрать подходящее платье, договориться со стилистом насчет прически… Все это было чуждо мне. Но я очень старалась не сесть в лужу.
Сам Руслан эти дни приезжал уставшим и задумчивым. Единственное, что давало понять, что между нами по-прежнему все хорошо и дело просто в работе, наши совместные ночи.
Волков был настолько нежным и внимательным, что мне порой казалось, будто я утопала в его мягкости. Возможно, так он компенсировал те неприятности, что оставались за дверями нашей спальни. Но я чувствовала, что он нуждался в этом, и старалась помочь своему мужчине.
— Ты заказала платье? — спросил он накануне вечера, когда мы ужинали.
— Ага, — кивнула я.
