— Однокрылая Феникс воскресла! Серана с облегчением выкрикнула, её полумолчаливая улыбка расцвела на гладкой поверхности брони. В свете разрушенных бастионов горели золотистые волосы, и в голубых глазах слезинки отражались огненные тени.
— Никаких портретов до финальной игры. И к нашей звезде чтоб не приставали с просьбами. Узнаю — накажу дополнительными тренировками. Радуйтесь тому, что имеем, — он берет с шезлонга рисунок с многорукой норсианкой и, бросив небрежный взгляд, невольно любуется ее изящным станом, пока Агафья ревниво не отбирает набросок. — Кхм, да… В общем, Грон — первостепенен.
Глава 29 — Признание
После пляжа идем на поле играть в лайт-Грон. Эту версию англичане придумали, доработав суровую русскую игру. Правила почти те же самые, что в обычном Гроне, только без болевых и техник.
Я попадаю в ватагу к Богдану. Мы нападающие. Вопреки обыкновению, Агафья возглавляет ватагу соперников не из вечных запасных, а из сильнейших игроков. Алесю и Руслану тоже ставят к синеволосой.
Тренер грозно смотрит на меня со скамьи. Мне не хочется верить, что это он из ревности подкидывает мне болотопса. Буду пока думать, что решил нагрузить меня по полной, чтобы не расслаблялся.
— «Сачок», — кидает рыжий, едва получив мяч от центрового.
Эх, гадство. Значит, мне играть ловца. Бесит, не люблю бегать как испуганный заяц."
"Эти мысли проносятся в голове, когда я уже стартанул. Мигом оставляю позади первые пять аршин от центра. Первая линия не успевает меня схватить, да даже и не думает об этом. Я, в их понимании, еще штурмовик, а штурмовики пасы не принимают. Штурмовики обычно перехватывают из рук в руки и ломятся сквозь живые заслоны.
Защитники блокируют нашего стандартного ловца, не пускают худого Егора и на два аршина. Без битья, просто загораживают дорогу. На это Богдан и рассчитывает. Вообще рыжий — неплохой атаман. Интеллект и реакция средние, зато он полностью отдает себя Грону.
— Ты что, теперь ловец? — обида звенит в ее голосе грустными колокольчиками.
