Отвечает за слуг, припасы и прочее, суёт нос в каждое дело. Ты сам сказал, отыскать кого-то, кто не связан с правящей фракцией родственными связями — я отыскал. Если этот бесполезен, давай, господин, я схожу и притащу одного из племянников местного главы. Двое как раз бегают вокруг него.
Этого я не хотел. Одно дело — покалечить пару… ладно, пару сотен дизирцев и обставить всё так, чтобы подозрения пали на других. И совсем другое дело — украсть одного из дизирцев. К чему Гарой красть его? Как это выдать за дело их рук?
— Притащу обоих, значит, — продолжал умничать Пересмешник. — Или самого Болайна? Уж он-то точно ответит. Обставим всё так, что он поскользнулся здесь в беседке и умер.
Похоже, взгляд мне удался, хоть я глядел и в пустоту под печатью."
"— Хорошо-хорошо, господин, не желающий решить всё одним ударом. Сейчас всё будет.
Печать дрогнула, переместилась ближе и ниже, а мужчина-управитель глухо застонал и странно перекосился. Судя по всему, Пересмешник вцепился ему в плечо. Думаю, Властелин может раздробить все кости Мастеру на одной только мощи тела.
В отличие от меня Пересмешник не воспользовался мыслеречью. То ли затем, чтобы не давать повода заподозрить в нём Предводителя, то ли потому, что его хриплый, бесцветный голос заставлял дрожать одним своим звучанием.
— Ты был в тот день здесь?
— Д-да, да! — вскрикнул управитель. — Не давите, господин!
— Тише, тише, — потребовал Пересмешник. — Будешь орать, умрёшь. Ты видел ту схватку?
— Нет, нет, господин, — торопливо ответил управитель и сдавленно застонал. — М-м-м, господин, правда не видел, я был…
— Не говори лишнего. Если не видел ты, то кто из слуг видел ту схватку?
— Трое, — не задержался с ответом управитель. Обливаясь потом, принялся перечислять. — Рюк, Сиера и Морман. Рюк там же и погиб, двое остальных успели убежать.
— Кто из этих двоих видел тела погибших и орденца? Кто из других слуг помогал с мёртвыми в те дни?
Извиваясь от боли, управитель буквально простонал:
— Сиера и Перек, господин. Но тела орденца никто из них не видел. Они видели только тела слуг и господ из Дизир.
— А тело орденца? — повторил вопрос Пересмешник.
— Никто, никто, господин. А-а-а, это правда, правда! — засучил ногами управитель. — Там вообще от тел осталось немного, господин! Стихия главы — это огонь! Огонь Болайна сожрал весь главный зал! Его год перестраивали, господин! Господин!
Я поморщился от этого вопля. Спросил:
— Не проще ли было наложить на него верность?
— Я не так давно служу господину, для которого нет неверных слуг, не успел привыкнуть, господин верных и правдивых, — невозмутимо ответил Пересмешник. — Но и по старинке неплохо выходит. Похоже, нет смысла искать то, что сгорело, господин.