Возвышение Ордена завершается, и все земли под его правлением переживают кризис. В это время главный герой — один из самых сомнительных членов ордена — оказывается в центре заговора, который может изменить судьбу всего континента. Книга проникает в глубины душ и решений, когда выбор между верностью и свободой становится вопросом жизни и смерти....
— Глянь сюда, сюда глянь, у тебя что, глаза повыпадали? Гляди, говорю, не щурься! Получилось у тебя?
— Нет, господин, не прилегает лекало, — признал мужичок через несколько вдохов.
— Надо же, не выпали глазки, чтоб их, — изумился Потий.
— Так это, господин, вы же всё равно плавите, он же расплавится и будет, как одно целое.
Потий отшвырнул блок в сторону и отвесил затрещину мужичку.
— Ты меня ещё учить будешь? — схватил его за грудки, отрывая от земли. — Ты меня будешь ещё учить⁈
Бахар улыбнулся одними губами:
— А вот теперь всё же пора спуститься.
Двойным? Я удивлённо поднял брови, но скользнул вниз за Бахаром.
Потий нас заметил, отшвырнул в сторону мужичка и склонился вместе с ним в приветствии:
— Глава Ирал. Советник.
Бахар тут же потребовал:
— Расскажи, почему так важно выдерживать точность форм каменных блоков.
Потий ожёг мужичка косым взглядом и послушно принялся объяснять:
— У техники, которую я и ученики используют для создания монолита, есть строгие требования, чтоб их.
— Прилегание, — внезапно подсказал Бахар.
— Хм. Да, — согласился Потий. — Подходит. На чёткое прилегание. Так-то оно всё равно сплавится, но в толще монолита окажется пузырёк воздуха, который ослабит этот самый монолит, да и для формаций это станет помехой, чтоб её.
— Так это, — неожиданно бесстрашно подал голос мужичок, который всё это время жался к горе нарезанных блоков. — Я же видел, вон, у Марти, вообще, дыры в блоках с кулак размером. И ничего.
— Тупица, — медленно обернулся к нему Потий. — Кусок гархова дерьма, чтоб тебя гарх обратно сожрал и по второму кругу переварил. Это полости под основы формации и они тоже строго определённого размера. Там даже на волос ошибиться нельзя. И Марти ещё ни разу не ошибся, чтоб тебя, безрукого.
— Так я это… Это… — снова заблеял мужичок, растеряв свою неожиданную храбрость. — Это, буду стараться. Я ж не нарочно.
— Скажи-ка мне, — Бахар вдруг сделал шаг вперёд, достал свиток, раскатал его. — У меня тут ведомость платы за каменные работы. На прошлой неделе ты делал в день сорок девять блоков, а последние три дня делаешь уже по шестьдесят. Руку набил?
— Ах ты… — охнул Потий. Торопливо согнулся передо мной. — Простите, глава, не уследил.
