Остановился я, когда смог увидеть черный автомобиль. Он стоял под большим дорожным знаком. Но теперь на обочине за каруселью стояли две черные машины!
Две машины?
Я оперся камерой на подходящую ветку и сделал несколько снимков. Теперь надо было только ждать. Для чего им понадобились две машины? Второй черный автомобиль был «вольво».
Шли минуты. Ничего не происходило. Скоро я начал дрожать в своей тонкой куртке. Я обернулся. «Пежо» подъехал ближе, так что Зверь меня видел.
Четверть седьмого.
Порыв ветра стряхнул капли с деревьев вокруг меня.
По затылку потекло. Рука, держащая аппарат, постепенно становилась лиловой.
Предосеннее утро в Швеции. Симфония циститов и бронхитов.
Наконец-то полседьмого.
Обе черные машины все еще стояли на месте. Иногда на «БМВ» включали дворники. Но света не зажигали, так что мотор не заводился.
Хотя — вот! — под машинами появились серые струи газа из выхлопных труб. Завели моторы, не зажигая света. Но почему они завели моторы? Я вытянул шею."
"Вон он! Едет! Броневик! Большой сине-серый фургон, без надписей, как Тарн и сказал.
Он шел от международного крыла аэропорта, уверенно устремляясь к карусели.
Черная «вольво» скользнула на карусель. Броневик замедлил ход, повернул и оказался на шоссе за ней. «БМВ» последовал за броневиком, замыкая караван.
Моя камера щелкнула несколько раз. И я, как заяц, кинулся сквозь кусты. Зверь увидел меня. Он двинулся с места, а я перелетел через канаву, устремляясь в полуоткрытую дверь.
— К городу, — сказал я.
— За ними, быстро, черт дери!
Зверь газанул. Три автомобиля уже исчезли, устремляясь к въезду на автостраду. И тут сразу на шоссе появилось несколько машин: три-четыре шли от города, две-три от аэропорта. Зверь рванул и нахально въехал на карусель, не обращая внимания на кулаки, которыми нам грозили из обгоняемых нами машин, и стал набирать скорость, чтобы догнать броневик с его сопровождением. Далеко они не уехали. Только лишь несколько сот метров по сужавшейся тут дороге. Пришлось замедлить ход, чтобы не подойти подозрительно близко, а у трех этих машин вдруг вспыхнули тормозные фонари.
— Ага! — крикнул Зверь, затормозил и свернул на обочину. Он остановился в пятидесяти метрах от каравана.
Броневик стоял неподвижно. Он врезался в «вольво».
— Они остановили броневик, — сказал Зверь. — Нарочно тормознули так, чтоб столкнуться.
Я вылез из «пежо», оперся камерой на открытую дверь и начал снимать. Зверь комментировал изнутри:
— Ловкий парень.
