Тут по крайней мере нет дождя.
Идет уже двенадцатый час. Я в цейтноте. Стою у одной из проявочных ванн в темной комнате, пытаясь высветить лицо рок-идола. И не могу вспомнить, было оно у него или нет.
Зазвонил телефон. Гюн сняла трубку, там, за дверью, и сразу же пулей прошмыгнула через световой шлюз, взяла трубку здесь и сказала:
— Это тебя.
Я проорал «Иду-у!», чтобы было слышно в трубке, а сам еще покачивал копию рок-идола. Потом опустил ее в закрепитель, сполоснул руки, подошел к телефону и проворчал брюзгливое «алло».
Это был тот самый, молодой, ясный и решительный голос.
— Ты опоздал, — были ее первые слова.
Энергичная, как всегда.
— Я и секунды лишней не потерял.
— Он был мертв, когда ты приехал?
— Об этом я рассказывать не стану.
Она помолчала несколько мгновений. Потом сказала:
— Ты не...
— Нет, никоим образом, — отрезал я. — И не клади трубку, мне надо поговорить с тобой кое о чем, весьма любопытном. Но сейчас я не успею, мне надо доделать работу.
Перезвони через полчаса. Я сижу... погоди... добавочный тысяча десять.
Это был номер Тарна. Я услышал, как она засмеялась. И положила трубку.
— Черт, — выругался я.
— Сложности с девицами? — спросила Гюн, семеня мимо.
Я подошел к проявочной ванне и попытался обработать еще одно фото идола.
— Да у него же нет лица, у этого дьявола, — заорал я спустя некоторое время.
— У кого это? — весело спросила Гюн."
"— Да у этого пьяницы идола, черт его побери.
— Возьми стандартный портрет, — предложила она, не задумываясь.
— Какой такой стандартный портрет?
Гюн взглянула на меня с удивлением.
— У нас их два варианта, — сказала она. — Рок-певцы с бородой и рок-певцы без оной.
Мне потребовалось десять минут, чтобы подобрать подходящий снимок идола. Это был не шедевр. Но для фанатов сойдет.
Я собрал свои камеры и побежал по длинным коридорам в отдел уголовной хроники. Там было пусто, тихо и темно. Я зажег одну из настольных ламп и стал рыться в столе Тарна, пока не нашел магнитофон.
Его можно было включать прямо в телефонную розетку.
Теперь оставалось ждать. Я откинулся на спинку стула и положил ноги на письменный стол.
Сноп света от одинокой лампы колпаком накрывал меня. Отдел уголовной хроники невелик, но по углам темно. В редакциях всегда полно газет, а в углах их просто штабеля.
Странное все-таки у журналистов отношение к газетам.
