Все лгут — это драматическая история о мгновении, когда мир вокруг резко меняется, и каждое слово становится подозрительным. Суббота 16 декабря 2000 года не стало обычной субботой: семья оказалась в центре внезапных и непостижимых событий. Каждый жил в своем мире, пока неожиданные перемены не прорыли дыру между «сейчас» и «тогда»....
Во всяком случае, я устала от Тома. Меня достали его нытье и внезапные вспышки гнева. Достали эти параноидальные идеи о том, что я обязательно его брошу. Достал его крайний нарциссизм, выражавшийся в презрении ко всем окружающим.
Я взглянула на часы.
– Пора, – сказала я. – Завтра мне рано вставать.
Том засунул сигарету в щель в камне и смерил меня долгим взглядом. Вечернее солнце окрасило его тело в желто-золотые тона. Отросшие темные волосы, тяжелыми мокрыми прядями лежавшие на каменной плите, напоминали мне водоросли.
– Конечно, – бросил он.
– Ты обиделся, что ли?
– С чего бы мне обижаться?
В самом деле, с чего бы ему обижаться? На то не было никаких причин.
– Ты идешь? – спросила я, собирая вещи и засовывая ноги в шлепки.
– Нет, я еще немного побуду.
Я зашагала к лесной опушке.
Самый короткий путь домой лежал через лес за усадьбой Кунгсудд. Там была тропинка, которая вела прямо к нашему дому.
Как только я вступила под сень высоких сосен, сразу стало прохладнее. В тени больших деревьев стоял дух живицы и сырой земли.
Я не сразу его заметила – он стоял с краю тропы, прислонившись спиной к стволу дерева и держа в руках мобильник.
Казимир.
– Здорово! – сказал он, когда я подошла ближе. Выглядел он как предел мечтаний какой-нибудь тещи: на Казимире был надет пикейный пуловер и белые теннисные шорты. И да, он был красив – глубокий загар на коже, светлые волосы, мускулистые руки.
Тогда не интересовал.
– Что ты здесь делаешь? – спросила я Казимира, поравнявшись с ним. Он повел широкими плечами и улыбнулся.
– Ничего особенного. А сама?
Я отмахнулась от мошки.
– Ходила купаться с Томом.
– Ясно.
Он издал короткий смешок.
– Ну как, сегодня пришлось поработать психологом? – спросил Казимир и фыркнул.
Я удивилась – мне ведь искренне казалось, что таким нытиком и занудой Том был только со мной.
– С чего бы вдруг?
Он вновь рассмеялся.
То был типичный самоуверенный смех Казимира с оттенком превосходства, словно он понимал, что ни перед кем не должен объясняться, а в особенности – передо мной.
Казимир шагнул вперед, поднял руку и провел ладонью по моей щеке.
– Ты красивая, – произнес он.
Я оказалась настолько не готова к такому повороту, что отреагировала лишь пару секунд спустя. Я попятилась, пребывая в легком шоке.
