В шоколаде все кажется обычным до тех пор, пока ты не слышишь его голос — безумно знакомый и одновременно страшно неожиданный. Тревожно дрожащий телефон прерывает твой сон, и ты пыталась вернуться в реальность, прежде чем ответить.
Черник между тем схватил графин, налил воды в стакан, выпил и, должно быть, почувствовав облегчение, посмотрел на меня и опять спросил:
– Вы правда не в курсе?
– Может, буду в курсе после встречи с ним.
– Понятно. – Он привычно пожевал губами. – Точно черт в него вселился. Вчера все было отлично, а сегодня прицепился к смете, хотя утверждали ее две недели назад. А я опять виноват.., уходить надо, искать другое место.., нет возможности работать.
Мы с Ритой переглянулись. Она презрительно хмыкнула, тем самым выражая свое отношение к его словам.
Глядя на его потную физиономию с затравленным взглядом, я вдруг подумала, что он, возможно, и в самом деле мечтает уйти, хлопнуть дверью, желая потешить свое самолюбие.
– Что-то у нас не так, – с легким всхлипом заявил он, уставившись на меня. Я в ответ пожала плечами. Он поставил стакан, суетливо огляделся и сказал:
– Ну, я пошел. – После чего покинул приемную.
– Ему и правда здорово досталось, – заметила Рита.
– С утра было много звонков? – поинтересовалась я.
– Как всегда, – пожала она плечами.
– А с какой стати он решил вызвать меня, не сказал?
– Конечно, нет. С кем-то разговаривал по сотовому, с кем, мне неведомо, на то и сотовый."
"– Откуда знаешь, что разговаривал?
– Я как раз кофе подавала, тут звонок.
– Звонившего по имени не назвал?
– Нет. Я бы запомнила. Через пять минут велел позвонить тебе.
– Понятно, – кивнула я, думая о том, что это наверняка как-то связано с ночным происшествием.
