Встреча в ночном клубе сюрпризом кажется обычной вечеринкой до тех пор пока случайный шепот подруги не выдает странного существа за нашей спиной. Мы находимся у барной стойки на Цветном бульваре, где каждый месяц собираются друзья, и вместе с весельем разгорается незримая опасность....
— А как мне теперь смотреть в глаза моим студентам, после того, что ТЫ сделал?!
Он резко разворачивается и, ткнув в меня пальцем, орёт:
— Ты могла вообще больше никому в глаза не смотреть, ты ЭТО ПОНИМАЕШЬ?! Вот о чём подумай лучше! — махнув руклой в сторону коридора он добавляет. — Хочешь уходить, уходи! Я тебя не держу! Я, бл*ть, видеть тебя не могу!
С этим он отворачивается и смотрит в окно, уперев руки в бока.
Скуля, кусаю тыльную сторону ладони.
— Куда я пойду…босиком?! — кричу ему в след.
"Он резкими движениями подходит к дивану и плюхается на него, демонстрируя мне свой затылок. Ко мне тут же подбегает Света и обнимает за плечи, прижимая к себе.
— Я тебя отвезу, пойдём… — шепчет она, подбирая короб.
Я и не знала, что так нуждалась в чьих-то объятиях. В простом тёплом прикосновении. Закрываю глаза и киваю. Она бесцеремонно открывает обувную полку гардероба и хватает оттуда первые попавшиеся шлёпки адидас. Кладёт их на пол и помогает мне обуться.
Пока едем, я просто смотрю в окно, не желая разговаривать. Она тормозит в старбаксе и берёт мне кофе с сосиской, которую я съедаю в течение тридцати секунд.
Дома раздеваюсь и аккуратно вешаю костюм на его вешалку. Ту, что с твёрдыми плечиками. Достаю из шкафа тёплое ватное одеяло и забираюсь на кровать, укутавшись в него с ног до головы.
Даже в этом тяжёлом коконе мне холодно.
Проваливаюсь в глубокий тяжёлый сон, несмотря на то, что время на часах шесть вечера.
Глава 17
Вздрагиваю, когда в мой вязкий, затуманенный мир врывается какая-то неправдоподобно-улюлюкающая мелодия. Будто какому-то ненормальному дали в руки бубен, турецкий барабан и косяк травы.
Откуда это?
— Да?.. — слышу спокойный голос Благова и распахиваю глаза в неверии.
Что за?..
Мои конечности тяжёлые, но я очень быстро встряхиваюсь.
Кобуряюсь в одеяле, пытаясь из него вынырнуть.
В комнате полумрак, но за моим рабочим столом совершенно точно сидит Благов. Развалившись на стуле и вытянув перед собой длинные нахальные ноги в МАКАСИНАХ. ПОЧЕМУ ОН В ОБУВИ?
Его последние слова жалят мои щёки, как пощёчины. Воспоминания нахлынывают разом, но у меня нет совершенно никаких умозаключений, потому что я не научилась формировать их во сне.
