Встреча между дочерью и сыном, где последний объясняет причину своего отказа от брака — наследство, которого у них недостаточно для существования вместе. Девушка теряется в выборе: продолжать жить под давлением отцовской заботы или уйти в мирный уголок, как бы ни было трудно. Трепещущая жизнь ребенка становится неразделимым атрибутом любви и ответственности.
– Думаешь, эти изменения есть, а не ты их придумал?
– Понимаю твои сомнения, особенно если учесть несвойственную мне импульсивность, когда речь заходит о моей паре. Но сомнения рассеются, когда ты пообщаешься с ней. Самира не делает различий между людьми. Я только сейчас понял, что еще не давало мне покоя. Она общается со мной так, будто я ничем не отличаюсь от нее или от стражника в моей охране.
– Это сбивает с толку, – кивнул Дарион. – Прежняя Самира, судя по донесениям, мечтала о титуле и, получив его…
– Вела себя надменно, высокомерно, постоянно указывая на социальное различие всем, кто был в ее окружении, требуя особого отношения. Сейчас же… для нее словно не существует различий, но при этом лишнего она себе не позволяет.
– Только не с тобой, – усмехнулся Дарион.
– Не со мной, – эхом повторил я. – Должен признаться, что Надежда пыталась строить со мной диалог, но я не услышал, не захотел услышать.
– Тебе тоже непросто пришлось.
– Я мужчина, Дарион. Однако ее пробуждение стало для меня шоком, неприятным, нежданным и нежеланным. Мне не нравится то, как я веду себя рядом с ней. Эмоции меня захлестывают, чего не было даже в подростковом возрасте. Сейчас я думаю, что богиня наказывает меня. Я был не готов к правде сто с лишним лет назад, втайне желая встретить другую пару, более подходящую моему статусу, моему представлению. А теперь я сам опускаюсь до того уровня, который всегда считал неприемлемым.
Признание далось тяжело. С детства я не любил признавать ошибки и учился их не допускать. Вполне успешно. Раньше так точно. Встреча с Надеждой изменила все.
– И поэтому ты решил, что во всем виновата магия?
– Речь не о вине, а о том, могло ли так случиться, что душа Самиры покинула свое тело и в него вселилась чужая душа? Может, меня так лихорадит из-за несоответствия? Тело моей пары, душа чужая… И если это так, то где душа Самиры? И как ее вернуть? И не допустить впредь подобного, мало ли кто и в кого вселиться захочет.
– А ты так этого хочешь? Вернуть прежнюю Самиру?
– Я был зол, Дарион. Я и сейчас злюсь, но это не значит, что я желаю Самире забвения. И пусть рассуждения и ход мыслей Надежды мне импонируют, надо признать, что им не хватает светского лоска. Все же моя пара – Самира.
– Я вдруг ощутил гордость, – улыбнулся Дарион. – Приятно слышать, что ты осознаешь наличие пары и уже не отказываешься от нее. А если ты не прав? И душа все та же?
– Тем лучше, – вздохнул я. – Мне бы не хотелось знать, что в моем окружении есть самозванцы.
