Встреча между дочерью и сыном, где последний объясняет причину своего отказа от брака — наследство, которого у них недостаточно для существования вместе. Девушка теряется в выборе: продолжать жить под давлением отцовской заботы или уйти в мирный уголок, как бы ни было трудно. Трепещущая жизнь ребенка становится неразделимым атрибутом любви и ответственности....
– Сомневаюсь, что такое вообще возможно. Князь обязательно посвятил бы тебя в эту тайну.
– Да, отец никогда и ничего не говорил о подобном. Но кто знает, какие тайны таит древняя магия?
– А я предупреждал, что не стоит к ней прибегать, – напомнил Дарион. – Я помогу с архивом. К приезду оборотней все подготовлено, артефакты проверены, я только из малого зала, где успел пообщаться с девятнадцатью советниками, и теперь совершенно свободен.
– Условно свободен, – хмыкнул я. – Время обеда.
– Ты чего нахмурился? Не голоден?
– Нет, вспомнил, что направил к Самире статс-даму матери.
– Леди Зоргана бывает сурова, – покачал головой Дарион. – Этот обед леди Самира запомнит надолго.
– Это необходимость, Дарион. Княгиня должна быть безупречной во всем, и Самире рано или поздно предстояло пройти обучение. Я должен был направить учителей еще тогда, сейчас лишь исправляю упущение.
– Неужели леди Самира настолько невежественна?
– Ей всего лишь не хватает лоска, – пожал я плечами, не желая говорить, что моя невеста путает столовые приборы, придумывая себе глупые отговорки.
Нет уж, княгиня должна быть идеальна, и в первую очередь для меня. Вот и буду мыслить в таком ключе. Главное – не сорваться и не усугубить и без того непростую ситуацию."
"Я отвернулся от Дариона и мысленно связался с камердинером, потребовав обед на две персоны прямо сюда. Планировал разобрать несколько стеллажей, прежде чем отправиться к Рике. Она была отличным партнером все эти годы, проводить ее до экипажа – самое малое, что я могу сделать для нее.
Стук в двери раздался спустя минуту, и друг пошел встречать визитера.
– Я так и знал, что обедать ты изволишь прямо тут, на полу, среди пыльных бумажек, – заявил Дарион, рассматривая заваленный бумагами стол.
В руках у него был огромный поднос.
– Ты ошибаешься, обедать мы будем за столом. Вон за тем, за третьим стеллажом.
– Вы предусмотрительны, мой князь.
Дарион рассмеялся и пнул мешавшую ему пройти коробку.
– Наверное, леди Самира поминает тебя недобрым словом, – заявил друг, хотя прекрасно знал, что чихнул я от пыли, а не от того, что меня кто-то вспоминает, как утверждает глупая примета. – Бедняжка, надеюсь, ей удастся нормально поесть.
– Ты утрируешь и перегибаешь палку, Дарион. Тетушка замечательная, матушка любила ее, да и к нам она всегда была добра.
– Чего не скажешь о слугах.
