Встреча между дочерью и сыном, где последний объясняет причину своего отказа от брака — наследство, которого у них недостаточно для существования вместе. Девушка теряется в выборе: продолжать жить под давлением отцовской заботы или уйти в мирный уголок, как бы ни было трудно. Трепещущая жизнь ребенка становится неразделимым атрибутом любви и ответственности....
Или вы о том, что нарисовала на вас шарж? – догадалась она. – Так я вас боюсь. Это такой психологический прием, посмеяться над своим страхом.
От такой непосредственной откровенности у меня опустились руки. И она не выглядела виноватой или испуганной. Прием сработал?
Одновременно с этим резануло слово «психологический». Уверен, что прежняя Самира даже понятия не имела, что такое психология. Каждая встреча в ней открывала нечто новое, еще одну грань.
– Может, ты еще и астрономию знаешь? – усмехнулся я.
– Знаю. Земли.
Поразительно, она говорила об этом так уверенно, словно и впрямь знала.
– Ты летала на другие планеты?!
– Что вы! – горько усмехнулась она. – Летают космонавты. Такие как я, просто пользуются благами цивилизации. Благодаря спутникам, запущенным вокруг Земли, удалось создать сотовую связь, которая опутала собой всю Землю. Теперь практически из любой точки планеты можно связаться с любой другой.
Для меня это звучало невероятно. Мы имеем доступ к любой части мира с помощью магии, а не какой-то там сотовой связи.
Самира поежилась, стоя босиком на каменном полу, и я пришел в себя.
– Оденься, а я принесу поесть, если ты не передумала."
"Решение не звать слуг пришло само собой. Пока им передадут приказ, пока они соберут и принесут еду, пройдет время, а мне не хотелось разрушать возникшую между нами атмосферу.
Даже если она все выдумывает, я готов слушать ее сказки всю ночь.
Открыв портал из гостиной, вышел сразу на кухне. Слуги уже спали, лишь уголья тлели в печи, давая слабый свет.
Девушка успела надеть домашнее платье и заплести волосы. Признаться, ожидал ее увидеть скорее в халате. Обойдя так и лежащие на полу остатки мольберта, свидетельство моей недавней несдержанности, она прошла к столу. Взгляд на поднос, и Самира изменилась в лице.
