Встреча между дочерью и сыном, где последний объясняет причину своего отказа от брака — наследство, которого у них недостаточно для существования вместе. Девушка теряется в выборе: продолжать жить под давлением отцовской заботы или уйти в мирный уголок, как бы ни было трудно. Трепещущая жизнь ребенка становится неразделимым атрибутом любви и ответственности....
– Что-то не так?
– А где столовые приборы?
Только тогда понял, что в спешке набрал как для быстрого перекуса себе, не озаботившись столовыми приборами.
– Право, резать на кусочки хлеб с мясом можно днем за столом. Сейчас допускается забыть про условности. Ты же хотела есть. Бери.
– Не могу, – чуть не плача, произнесла она.
Я смотрел на нее в немом изумлении. Самиру словно подменили. Не она ли еще утром отчитывала меня за излишнее количество столовых приборов и ела салатной вилкой основное блюдо?!
– Леди Зоргана говорит, что манеры – это единственное, что отличает нас от дикарей.
И под моим ошарашенным взглядом она развернулась и пошла.
– Стоять! – рявкнул я, злой на тетушку, как демон, за то, как быстро она промыла Самире мозги.
Я хотел, чтобы невеста обрела светский лоск, а не морила себя голодом в угоду манерам!
Самира замерла, и плечи ее напряглись.
– Вернись к столу, – уже мягче произнес я.
Она подчинилась. Но без страха, а с какой-то обреченной усталостью. Я отодвинул для нее стул. Девушка села. Я уселся рядом и заглянул ей в глаза.
– Ты же понимаешь, что неправильно отказываться от еды, если голодна?
– Да. Но ваши условности при приеме пищи настолько запутаны и утомительны, что иногда проще лечь спать голодной. Я все освою, понимаю, что это надо в первую очередь мне, но сегодня слишком устала.
– Тогда сейчас сделаем исключение.
– Нет.
Несмотря на то что выглядела Самира действительно уставшей, это «нет» прозвучало достаточно твердо. Ее было не переубедить.
– Хорошо, – медленно ответил я и решил схитрить. – Тогда перейдем к древнему обычаю, когда жених кормит свою невесту.
– Это как?
– Жених должен накормить невесту без столовых приборов. А она ест из его рук, показывая свою покорность, – сообщил я, оторвал кусок мяса, положил его на ломоть хлеба и протянул ей.
– Невесту перед этим специально не кормят? – хмыкнула Самира, но перед ароматным запахом мяса не смогла устоять и откусила.
– А это как получится, – усмехнулся я. – Вина?
– А давайте! – с какой-то бесшабашностью согласилась она.
Это была одна из самых удивительных в моей жизни ночей, проведенных с женщиной. Я не припомню ничего подобного ранее. Как-то ни разу не доводилось из собственной кухни воровать еду и тайком проносить ее в покои.
