В этой напряженной истории спецназовец оказывается на линии фронта между неумолимыми врагами и злобным командиром, который держит его как шашку. В каждой дуэли он выглядит соперником — такая идиотская ирония ситуации. Сколько раз он пытался отбиться от орущего Пётра Романова, похожего на футболиста в бронежиле....
— Это точно, — кивнула хозяйка дома. — Ему сейчас надо выставить Назарова в неприглядном свете. У них вражда. Война. Атомная. Вот он и хочет показать, что школа, которую тот накачивает бабками, на самом деле источник всяких гадостей. А заодно и тебя выгнать. Он злой на тебя. Даже запретил мне с тобой встречаться.
Элегантные решения Никиты Щеглова. Узнаю руку мастера. Только сынок, похоже, выполнил не все инструкции своего тяти… Ну, Никитос… гроссмейстер хренов. Довольно красиво закрутил и неочевидно. Подцепил популярного блогера и, возможно, не одного его.
Витя, пожалуй, единственный, кто осмелился бы взять компромат, а значит, нарой я что-нибудь на Никиту, принёс бы к Петрушке. Ну, а куда? На федеральный уровень? Мелковат масштаб. А в области все под контролем, насколько я выяснил. Только Витя и возьмёт.
Так что он запустил первый этап с помоями на школу и одновременно плюнул в сторону Назарова. Закрыл сразу несколько целей. Меня выпнут из школы, а школе не дадут стать лицеем. Но если вдруг я всё-таки принесу Петрушке материалы на Никитоса, моментально всплывёт, что материалы на школу были фейковыми, а слова Вити Петрушко не стоят и ломаного гроша.
— А Мэт правда в Москву уедет? — поинтересовался я.
— Наверно. Там же эта, Ангелина, зазноба его.
— И давно он с ней мутит?
— Конечно, давно. Она ведь та ещё штучка. С тобой вон зачем-то крутила, когда у них с Мотей вроде тоже что-то наклёвывалось… Налей-ка ещё. И вон ту бутылку открой. Знаешь, детские шутки бывают такими злыми.
— А ты знаешь, что она меня конкретно так с пути сбила?
— Ангелина? Да сучка. Знаю, конечно. Но ты, если честно, тоже хорош. Из-за какой-то мокрощелки вены резать, это уж вообще. Хорошо, что ты через это перешагнул. И знаешь, вот я на тебя смотрю и сомневаюсь в той истории. Мне кажется, не мог ты. А просто для какой-то цели туману напустил.
— А ты?
— Что? — удивилась она.
— Легко с людьми расстаёшься?
— Ты… на Никиту что ли намекаешь?
— Да что ты, ни на что я не намекаю.
— Знаешь, я… ну-ка плесни, не жалей. Не жалей, я сказала.
— Мне кажется, не стоит столько.
— Ага, поучи меня. Ты вот так иногда одного человека напоминаешь, прямо убить тебя хочется. Что?
Непроизвольно желваки заходи на скулах. Сами по себе."
"— А я его любила, между нами говоря. А потом думала, что разлюбила.
— Бывает, — кивнул я.
— Ты, конечно, вены резал, я знаю, но ничего-то не понимаешь в жизни. Бывает. Не бывает! Я его предала, между прочим.
