Он сидит на скамейке, забравшись в собственный уголок тишины и безмятежности. Звуки улиц кажутся гулкими шепотами жизни, за которыми он не желает бежать. Этот особенный март, когда солнце старается пробудить мир после зимней спячки, только усиливает его отчуждение. Он здесь один, словно выждавший в сторонке, предвкушая какой-то неведомый выбор....
Этот забавный толстячок, этот неуклюжий господин — полковник КГБ? Профессионал из группы «Рай»? Профессиональный убийца? В это невозможно было поверить. Но и не верить было нельзя. Колчин в душе даже восторгался маскировкой своего гостя. Заподозрить в нем хладнокровного «ликвидатора» было невозможно. Даже при самой буйной фантазии.
— Слушаю вас. — Он даже не знал, как прозвучал его голос.
— Вы, наверное, слышали обо мне, — продолжал гость, видимо, заметив эффект, произведенный его появлением. — Я полковник Фогельсон из бывшего отдела «С».
— Немного, — кивнул Колчин. — Кажется, спецподразделение «Рай». — Притворяться не имело смысла. Фогельсон точно знал, к кому шел.
— Совершенно верно. Группа «Рай». Вы в последнее время стали интересоваться нашей группой. Это профессиональное или из чистого любопытства?
— Я должен отвечать на ваш вопрос? — спросил Колчин.
— Как вам удобно. Просто мне самому стало любопытно, откуда такой повышенный интерес к нашей бывшей группе?
— Как вы сюда вошли? — Колчин старался выиграть время, чтобы немного прийти в себя.
— Странный вопрос, — удивился Фогельсон, — я ведь все-таки ваш коллега и, кстати, старше вас по званию. Почему бы мне не войти в мое бывшее учреждение?
— Марк Фогельсон, полковник КГБ, заместитель начальника группы «Рай», — Колчин говорил четко, стараясь произвести впечатление, — вы были уволены из КГБ еще в сентябре девяносто первого. Вы вошли в здание ФСК по старому удостоверению КГБ. Никогда в это не поверю.
— Нет, — улыбнулся Фогельсон. Улыбка у него была мягкая и добрая.
Он протянул Колчину свою книжку.
Тот, взяв удостоверение, внимательно изучил его.
Все правильно. Полковник Фогельсон работает в их аппарате уже более месяца. Печать, подпись заместителя директора ФСК, право на ношение оружия. Все было правильно. И все было неправильно. Этот Фогельсон не должен был попасть на работу в обновленную ФСК.
— Что вам нужно? — сухо спросил Колчин, возвращая удостоверение.
— Ничего, просто ваше понимание. — Фогельсон улыбнулся. — Мы хорошо знаем, какой вы отличный профессионал.
— Кто это — мы?
— Не нужно ловить меня за язык. Мы — это мы. Вы настоящий профессионал, Колчин, один из лучших следователей в нашей ФСК. Таких людей очень мало, их очень недостает.
— Вы пришли, чтобы сказать мне это? — Колчину удалось постепенно обрести равновесие.
