Надзиратели эсэсошных собак извивались в тесном пространстве между колоннами, их лица напряженно сосредоточены на песчаной массе, катящейся к строительной площадке. Вокруг — пустынный остров Ургедон, заброшенный и мрачный, где ни единого живого существа. Этот роман оставляет вас в полном изумлении и ужасе, как маленький отряд выживает на грани вырождения в безымянной северной Германии....
00 и менялся через два часа. Прошли уже две смены, сейчас стоит часовой третьей смены, значит, время – около полуночи. Пора.
Для похода в сортир в бараках был сделан отдельный ход, ближе к восточному торцу здания."
"Влах поднялся. Пехнер, оказывается, не спал:
– Пошел?
– Да.
– Ты извини меня, Эрик, я не могу. Если тебе удастся сбежать, передай Марте, что я жив.
– Передам.
– И, это… пожалуйста, Паулю – что я вне игры. Своих я не сдал, да уж, наверное, и не спросят. Объясни, я просто хочу выжить. Не могу сопротивляться, буду терпеть до освобождения.
– Терпи, Апсель. Не хотел я с тобой говорить, но все же столько вместе сделали… прощай.
– Удачи тебе.
Влах постучал в дверь. Педантичные немцы предусмотрели все. Часовой не имел права разговаривать на посту, но обязан был реагировать на естественные желания заключенных. Поэтому он подошел к столбу, на котором висел светильник, достал телефон, вставил вилку в розетку. Ему ответил помощник начальника караула:
– Слушаю тебя, Второй!
– Здесь заключенный в сортир просится.
– Что, потерпеть не может?
– Не знаю, стучит в специальную дверь.
– Один?
– Не могу знать!
– Ладно, я сейчас подойду.
Обершарфюрер пришел с солдатом отдыхающей смены. Открыл дверь.
– Я, господин офицер, в туалет хочу, сил нет, – захныкал Влах.
– А если не выпущу, обделаешься?
– Непременно и скоро, весь барак проснется… сами понимаете.
– Давай бегом туда-сюда.
– Да, герр офицер.
Обершарфюрер кивнул караульному:
– Смотри!
– Слушаюсь. – Солдат встал в торце, не подходя к сортирам.
Тем временем Эрик, издавая соответствующие звуки, украденными со стройки кусачками уже вытягивал гвозди из стенных досок. Готово! Он пролез в образовавшийся проем и откатился к столбу колючей проволоки.
Караульный услышал подозрительный шум. Подозвал помощника начальника караула:
– Герр обершарфюрер, в сортире непонятное происходит.
– Что, несет засранца?
– По-моему, скрипнули доски и потом был какой-то шелест, вроде как травы. А она – за сортирами.
Помощник начальника караула принял решение мгновенно:
– За мной, без приказа не стрелять.
Недалеко ушел Влах. Эх, если бы не этот эсэсовец с острым слухом…
Его настигли еще в секторе бараков. Он бросился на обершарфюрера, но получил ногой в живот. От резкой боли согнулся пополам.
Помощник начальника караула обратился к караульному:
– Веревка с собой?
– Так точно.
– Вяжи его.
Солдат короткой веревкой связал Влаху руки, рывком поднял его на ноги.
