Темнота сгущается, словно рука небес скрывает последний луч света. Только здесь и сейчас ветер срывает с порога обрывки одежды - последнее свидетельство жителей. В глубине дома всё тихо как мертвец, лишь разбитые стекла да кусочки краски на полу доказывают присутствие чужой жизни....
— Вы что, так и уйдёте?
— А вы собираетесь мне помешать? — язвительно осведомляется он.
— Вы даже обстоятельств дела не выяснили! Так нельзя!"
"— Ещё и в ы будете мне указывать, что можно и что нет? И без вашего вмешательства всё видно, — тем не менее, подойдя к столу, он пару минут смотрит отсутствующим взглядом на бумаги, разложенные перед ним капитаном. Кивает и поворачивается к выходу.
— Доложите генералу! — использую я последний козырь.
— Какому?
— Как, какому? Начальнику управления!
— Начальником управления является полковник Свиридов.
— А… Олег Петрович?
— Умер. Ещё две недели назад. Стыдитесь, Рыжов! Могли бы и знать!
Ну да. Такая информация у нас на каждом заборе написана.
Обдав меня напоследок негодующим взглядом, Хлебов важно выплывает из кабинета.
Хазин… как же так? Умер? Он же здоровый мужик был! Погрузившись в свои мысли, я пропускаю мимо ушей вопрос полицейского.
— А! Что?
— Я повторяю. Когда и при каких обстоятельствах вы видели в последний раз гражданина Умарова?
— А кто это такой?
— Ваш сосед снизу.
— Это в халате который?
— То есть?
— Первый и последний раз я видел его именно в халате.
— Когда это было?
— Ну… в понедельник… нет! Во вторник!
— И каковы были обстоятельства этой встречи?
— Мы малость поспорили с его… как это называется… абреками.
— Вы?
— Точнее, я один. Олежка в этом споре играл роль инвентаря, вокруг которого все и происходило.
— А что происходило вокруг?
— Они нам стояк перекрыли! Вот и не стало у нас всех горячей воды!
— Разве? А умывались вы тогда чем сегодня поутру?
А ведь из крана текла горячая вода! Починили? Так быстро?
— Да черт его знает! Могли и починить успеть.
— Про стояк, однако, сообразили сразу…
— Это не я! Олег сказал, он разбирается.
— Хорошо разбирается?
— Сантехником был, не все мозги-то ещё пропил…
— Разве? Странно… а он ничего такого не говорит…
— Да вы его на очную ставку давайте, я ему и напомню! А то орать он здоров, а вот как отвечать…
— Даже так? — капитан поворачивается в сторону двери.
Скрипит входная дверь, и на пороге появляется Олег. Он весь какой-то помятый, но старается держаться бодрячком.
— Присаживайтесь, гражданин Клюев, — кивает на стул у стены Марков. — Старший лейтенант, пригласите, пожалуйста, понятых.
В комнату бочком заходит толстая тетка и какой-то невнятный мужик. Капитан разъясняет им смысл происходящего. Потом поворачивается ко мне.
