Взаперти — это драматический уход за пределами тихого городка в заснеженных лесах. Здесь ты будешь буквально закрыт в кабине поезда с женским голосом на связи, отправляясь в неизвестность. Атмосфера напряженная и нервозная, словно каждое движение может открыть дверь на новые ужасы прошлого....
Я хотел спросить у Трэвиса, но того скрючило в тамбуре.
– Что с вами?
– Рука, – сказал он.
Убрав руку с плеча, он показал глубокий порез.
– Где это вы так?
– А кто его знает… Может, у кого-то был нож.
– Вы так старательно всех будили, никто вас не полоснул в ответ? – спросил доктор, осматривая рану.
– А чёрт их знает, – ответил Трэвис, – от такого не умирают.
Мы сказали всем держаться вместе. Они озирались по сторонам, не понимая, что происходит. Времени объяснять уже не было.
– А кто вы, мать вашу, такие? – наступал на нас один из мужчин.
– Мы пассажиры, а вон там террорист, убивший половину людей из вашего вагона.
Увидев обмотанного проводами мужчину с простреленной головой, заглянув в пару соседних купе, все пассажиры замолкли.
– Ещё раз повторяю, – сказал Полянский, – держаться будем все вместе. Выпрыгивать из поезда по одному, примерно через пять минут он будет на минимальной скорости, но до этого нам ещё нужно дойти до своих.
Третий вагон прошли, не оглядываясь. Я только мельком увидел, что все тела, как и застреленный Трэвисом террорист, лежали всё так же.
Спятивший парень в четвёртом вагоне уже не шатался, а только смотрел в потолок.
– Вставай, Юсуф, пора уходить, – подошёл к нему Трэвис и взял его под руку.
– Смотрите! – указал Юсуф на крышу вагона. – Мозаичные потолки. Повсюду – мозаичные потолки! Что это? Репродукция Микеланджело?
– Это потолок с лампой, – сказал ласково Трэвис.
Тот послушно повиновался. Я только сейчас заметил клок поседевших волос у него на висках. Ужас не только свёл Юсуфа с ума, но и лишил нескольких лет жизни, состарив его измождённую плоть. Что же ты видел в этом вагоне…
Я огляделся по сторонам, забежал в каждое купе – мальчишки с французским акцентом и здесь не было."
"– Вы слышали? – вдруг остановился спятивший парень у самой двери в тамбур.
– Да что ещё? – терял всякое спокойствие Трэвис.
– Звук сирен…
– Нет здесь никаких сирен, Юсуф, мы в чёртовом поезде, парень!
Взгляд Юсуфа стал опять отстранённым. Он неуклюже спотыкался о пороги трясущегося вагона и плёлся за мной.
– Там потолки и звуки сирен, – шептал обиженно парень, – там сирены скорых машин.
– Хорошо, как скажешь, – согласился с ним Трэвис.
Юсуф улыбнулся и замолчал.
