В темном камерном пространстве напряжение нарастает как волна. Его взгляд искажен злобой, но я чувствую его внутреннюю одиночество. Он мрачно окидывает глазами унылый уголок изолятора: "Лера, повеселилась?" — шипит он через стены камеры, но мы знаем, что это призыв к сговору....
Девица кубарем скатывается на пол и отпрыгивает к стене, не отводя от меня затравленного взгляда, при этом пытается натянуть пониже край широкой футболки.
У нее глаза огромные, как блюдца, и в них не только страх, но и узнавание.
— Ну, здравствуй, — я укладываюсь поудобнее, подпираю щеку рукой и, не стесняясь, рассматриваю ее. В упор, как я умею. Подчиненные на работе ссутся от страха в этот момент. Рыжая тоже не выдерживает:"
"— Отвернись! — выпаливает она, продолжая тянуть футболку вниз, при этом якобы незаметно щупает себя, в тщетных поисках трусов.
Я ее мучения облегчать не собираюсь:
— Что я там не видел?
Она возмущенно охает и краснеет еще больше. Морщится. И мне даже кажется, что сейчас заревет.
Размечтался.
Стискивает челюсти, упрямо вскидывает подбородок и с вызовом смотрит на меня.
Хм… Мне даже становится интересно. Ее реакция меня забавляет.
— Как тебя зовут?
— Решил познакомится? — нагло отвечает она, тут же вызывая желание надавать по заднице.
Топорщится, как задиристый воробей, но вижу, что нервничает, боится. При этом взглядом шныряет по углам в поисках своих несчастных шмоток.
— Должен же я знать, кто всю ночь храпел у меня под боком.
— Перебьешься!
Кажется, кто‑то забывается. Приняла меня за приятеля‑студентика, рядом с которым можно вести себя как оторва? Зря.
— Знаешь, а мне плевать и на тебя, и на твое несчастное имя. Уверен, в нем нет ничего особенного.
От холода, которым окатываю, она вздрагивает, на миг превращается в маленькую растерянную девочку. Не привыкла, что осаживают, не знает, как себя вести. Но надо отдать должное, подбирается быстро:
— Да? — глазенки сердито стреляют в мою сторону, — раз ничего особенного, то зачем притащил сюда? Может, ты маньяк?
— Маньяк? — поднимаюсь с дивана и подхожу к ней.
— Да. Приволок меня сюда, против воли!
— Ммм, — подступаю еще на шаг ближе, смотрю сверху вниз, заставляя ее отступать, пятиться пока не упирается спиной в стену, — мне надо было оставить тебя в клубе, Ёжик? С тем хлыщом, который тебя накачал и уже стягивал штаны, когда я появился?
Она снова вспыхивает.
