В темном камерном пространстве напряжение нарастает как волна. Его взгляд искажен злобой, но я чувствую его внутреннюю одиночество. Он мрачно окидывает глазами унылый уголок изолятора: "Лера, повеселилась?" — шипит он через стены камеры, но мы знаем, что это призыв к сговору....
Так вопила маленькая капризная девочка внутри меня. Ее обломали, она возмущалась. Все правильно.
Но какая-то рациональная зануда, сидящая глубоко в печенках, монотонно бубнила, что это не студентик, а взрослый дядька. И взрослым дядькам некогда заниматься такими глупостями. Но тут еще подключилась внутренняя богиня, уверенная в своей неотразимости, и в том, что уж ради нее прекрасной точно можно отложить все дела и выделить полчаса на томные взгляды и восторженные охи-вздохи. В общем, зануда отступила, а я придушила свой внутренний зоопарк, помыла руки и, еще раз показав себе язык, вышла из ванной.
На кухне меня ждала кружка чая и не в меру любопытная Алиса.
— Рассказывай!
Ни с кем до этого я не обсуждала Демида, а обсудить хотелось. Даже, наверное, похвастаться хотелось, поэтому я уселась за стол, подвинула кружку и вооружившись шоколадной печенькой начала рассказывать.
Приврала, конечно. Куда же без этого. Про то, как меня накачали в клубе, и как я ночевала у него дома — ни слова. Как и про выходку с мелочью под лобовым стеклом.
В итоге оказалось, что рассказывать не так уж и много. Познакомились в клубе, он спас меня от хулигана, а через два дня сам нашел и приехал к дверям моего института, чтобы пригласить на ужин.
Ну красиво же! Просто сказка про прекрасного принца и бедную Золушку.
— Ты же понимаешь, что ничего хорошего у вас не выйдет? — выдает сестра, вгоняя меня в ступор.
— Почему?
— Лер, дурочку-то не включай. Где ты, и где он? — продолжает она, ломая мою прекрасную сказку. — Взрослый мужчина.
— Что не так? — я начинаю заводиться, потому что сказанное сестрой резонирует со словами Демида.
Не дотягиваешь.
Дотягиваю! И даже перетягиваю!
— Лера, не злись. Просто голову включи. Такие, как он, не интересуются всерьез простушками.
— По-твоему я не могу его заинтересовать?
Уже заинтересовала. Иначе бы не приехал! Не ждал бы меня у входа, как преданный пес.
— Заинтересовать можешь. Не всерьёз. Ненадолго. Ты — молодая, красивая, Демид этот — в расцвете сил.
От этих слов кончики ушей начинает калить. Потому что «Демид» и «трахаться» как-то очень остро сливаются в одно целое, и в голове сами по себе появляются непристойные картинки с его участием… И с моим.
— Получит что хочет и дальше пойдет. Не оглядываясь, — продолжает Алиса. — А ты мучиться будешь, страдать.
— Ты-то откуда знаешь?! — отодвигаю от себя чай.
— Оттуда! Это правда жизни.
