В темное утро на Малой Дмитровке, где жизнь и мечты тщательно скрываются за бордюром стоп-сигналов, Катя огибает удачный случай — опущенное стекло. Замысловатый сюжет о любви, предательстве и неожиданной верности в мраке ночи ткнется носом в кровопролитные конфликты. Встреча на этом перекрестке раскрывает драму заговора небес — где каждая капля дождя заменяет обещания, а каждый световой отсчет готов к стрельбе....
Да и должность Джейка – «первый вице-президент, исполнительный директор» тоже о многом ей говорила. Теперь говорила."
"«У нас такой ездил бы на бронированном «мерсе», а сзади еще – два джипа с охраной… А у них – вице-президент и исполнительный директор прыгает себе с парашютом в России и ест клейкие макароны в летной столовой. Американская демократия, блин, в действии…»
Катя докурила, допила чай, вернулась в комнату-кабинет.
Вытащила пылесос в прихожую. Джейкоб Уильям О'Гар не шел у нее из головы. Она вдруг вспомнила, как однажды (кажется, это было давным-давно, в прошлой жизни!) она вдруг перехватила взгляд Джейка, устремленный на Мэри.
Длилось это, впрочем, одно, много два мгновения. И когда Мэри почувствовала этот взор и обернулась, глаза американца уже не выражали ничего, кроме улыбчиво-равнодушной приязни.
Но, может, она, Катя, это тогда сама придумала? Может, ей показалось? После того случая она стала пристально наблюдать за Джейком и Мэри, тем более что ей была известна, скажем так, Машкина любвеобильность, но не смогла больше ни разу засечь между ними ничего, что выходило бы за рамки обыкновенной дружбы. Ни поцелуя, ни прикосновения, ни особенного взгляда. Ничего.
Катя вспоминала, яростно орудуя пылесосом в прихожей. Затем перетащила агрегат на кухню.
Вдруг в памяти у нее всплыли слова Гоши, сказанные им вчера касательно Маши.
«Что она там, – припомнила Катя, – говорила Гошке два года назад?.. «Разбогатею… Купим аэродром…» И еще: она тогда уезжала… Куда-то далеко уезжала, не в Мелитополь, – иначе ей незачем было занимать у Гоши денег… А потом она вернулась… Вернулась грустная и по-прежнему небогатая… Отдала Гоше деньги – причем не скоро. И в рублях по курсу…»
Какая-то смутная идея забрезжила в голове у Кати.
