В сером мареве шоссе машина скользила по тоннелям унывания. Я, случайно попавший на рабочую смену в пароходное сообщество, осознал свою судьбу через мелкое невезение. Замерев перед страстной интуицией и необъятным потоком времени, я увяз в загадочной истории Ярославского речного пароходства, где каждое движение нарушало равновесие мироздания....
Мы сами только что из боя, через немцев прорывались.
— Тогда прошу проводить нас до первой воинской части, — твердо заявил Петраков.
— Покажи! — приказал я, кивая головой на чемодан.
Кассир положил чемодан на землю и чуть приоткрыл крышку. Несколько золотых слитков, на которых я успел прочитать выдавленное: «СССР, 999, 99» — ну да, проба. И еще — цифры веса. В чемодане были еще бумажные деньги, но это сейчас — мусор. Напечатать такие бумажки для государства — плевое дело. А вот золото — это серьезно. На него за границей можно металл купить, пушки, продовольствие.
Петраков закрыл чемодан, защелкнул замки.
Так вот что хотели забрать у него грабители! Не подавились бы таким жирным куском!
— А где же охрана ваша?
— Не дали, — вздохнул кассир. — Нас несколько групп пошло. Побоялся управляющий все ценности вместе отправить. Двое из охраны на грузовике деньги и документы сопровождали, а остальное поделили на три группы. В банке ведь всего четверо охранников было.
М-да, чего уж теперь об охране вспоминать.
Я приподнял чемодан — тяжеленный.
— Сергей, поди сюда! Будешь чемодан нести. Отвечаешь головой.
— Вот еще, почему я?
— Потому что чемодан тяжелый. Попробуй!
— Тогда пусть он его бросит, коли нести невмочь.
— Разговорчики!
Я подозвал пехотинца:
— А ты узел понесешь. Как звать-то?
— Меня?
— Нет, моего кобеля!
— Николай.
— Вот что, Николай! Вручаю тебе узел и назначаю ответственным за его сохранность.
— Слушаюсь.
Солдат взял узел из рук женщины.
— Слушай мою команду, — сказал я. — Впереди иду я, вы — в двадцати шагах сзади. Замыкает колонну он. — Я показал пальцем на второго пехотинца.
— А если немцы? — спросил Николай.
— Тогда мы отбиваться будем, а Петраков с женщиной возьмут чемодан, узел и попытаются уйти.
Мы прошли село, вышли на дорогу. Куда она ведет? Главное — на восток. И мы двинулись по ней. Дорога пустынна, и мы далеко видны — не спрячешься.
Впереди виделся лесок, сулящий укрытие от самолетов и недоброго глаза.
Мы не дошли до него метров пятьдесят. Дорогу впереди нас взбила пулеметная очередь.
