В сером мареве шоссе машина скользила по тоннелям унывания. Я, случайно попавший на рабочую смену в пароходное сообщество, осознал свою судьбу через мелкое невезение. Замерев перед страстной интуицией и необъятным потоком времени, я увяз в загадочной истории Ярославского речного пароходства, где каждое движение нарушало равновесие мироздания....
Здорово-то как!
Мне показалось, что летели мы недолго, но вот самолетик стал снижаться, попрыгал по неровному полю, и треск мотора стих. Эх, еще бы полетать — мне понравилось!
Мы с летчиком выбрались из самолета. К самолетику тут же поехала крытая брезентом полуторка. Рядом с нами она лихо развернулась, из кабины выпрыгнул лейтенант:"
"— Ты сержант Колесников?
— Я.
— Садись в кузов.
Брезентовый полог откинулся, я схватился руками за доски заднего борта. Меня подхватили руки сидевших в кузове бойцов, и я оказался внутри.
— Садись — трясти будет.
Я уселся на скамейку.
Ехали мы около часа. Сопровождающие, а может, и конвоиры, были молчаливы, на мои попытки поговорить не реагировали. И куда везут, видно не было. Я даже не представлял себе, где нахожусь. Вот, блин, задолбали своей секретностью.
Грузовик остановился, полог подняли, задний борт откинули.
— Выходи.
Я спрыгнул на землю — рядом уже стоял лейтенант:
— Следуй за мной, сержант.
Мы зашли в здание, прошли по длинному коридору.
— Стой.
Лейтенант постучал в двери, зашел, и меня сразу же пригласили войти.
Большая комната, крытый зеленым сукном стол с настольной лампой и тремя телефонами. За столом — мужчина средних лет в военной форме, но без знаков различия на погонах.
Я встал по стойке «смирно» и хотел отдать честь, но вспомнил, что пилотка осталась на столе в штабе полка, и как обратиться, я не знаю.
— Здравствуй, Колесников.
— Здравия желаю.
Лейтенант вышел.
— Садись, расскажи все подробно о рейде.
И я стал рассказывать с самого начала. Как передовую перешли, как я в Приднепровской схватку в доме увидел, как раненого «Сидорова» тащил — в деревне у старика оставил.
Сидевший за столом меня не прерывал. Дослушав до конца, он постучал карандашом по столешнице.
— Ну, в тех условиях, может, и правильное решение. На карте деревню показать сможешь? Как ты говоришь — Зайцево?
Я кивнул. Еще бы, я же в недавнем прошлом — офицер российской армии.
Военный развернул карту. Пришлось поискать квадратики Зайцево — уж больно мала та деревенька! Я нашел деревню, ткнул пальцем.
— Здесь. Готов вернуться с группой и доставить документы и раненого.
— Экий ты шустрый, разведчик. Ладно, Колесников, посиди пока здесь. Угощайся!
Военный пододвинул ко мне пачку папирос «Казбек» и спички. Сам вышел из комнаты, но тут же вошел лейтенант и застыл у двери.
