Автор
Я, Ирина Зайцева, просто устала от одиночества и захотела почувствовать себя нормальной женщиной. Приложение для знакомств – это для таких отчаявшихся как я. Что мне принесет встреча с пользователем под ником Волк? И так ли случайна эта встреча?
И не расскажи мне Катюня про Илью, я б как идиотка думала, что это он обо мне так мечтает, горит, еще и возбудилась бы, как пить дать.
Удалила фотку, удалила прилогу. Как приперло, так сразу разобралась, куда нажать.
Сама. Сама дала. Сама виновата.
Размечталась. Мужик горячий попался. На свидание позвал.
А что он обещал только секс, мимо ушей пропустила.
И так обидно, что не само по себе не сложилось, а сразу никаких перспектив не было.
Может, и к лучшему, что иногородний. Уедет в свою Москву, я хоть глазами на улице искать его не буду.
И чем больше я все это мусолю, тем сильнее понимаю, что только глубже погружаюсь в эту эмоциональную яму. Вроде не проснулась я сегодня с мыслью, что единственный для меня мужчина на свете, а теперь вот кажется, будто все. Этот был последний в очереди.
Одни козлы попадаются на пути. Что этот, что мужик, который меня из стеллажей вытаскивал, недели две назад один вообще прямо в офисе клеился, даже не помню, как он выглядел, но я взбесилась тогда страшно, вытолкала его из приемной.
И поэтому я заваливаю себя работой по самое не балуйся. На здоровой злости можно много чего переделать. Практически, горы свернуть можно.
Нечего киснуть. Заживет пися, успокоится сердечко, и все будет хорошо.
Ближе к вечеру уже в самом конце рабочего дня, когда острые личные переживания отодвигаются и уступают место профессионализму, я немного прихожу в себя.
Удается убедить разум, что не так уж мне это и хочется.
"Повторяя про себя эти аргументы по нескольку раз, надеюсь внушить их еще и сердцу. Собираюсь домой, затягивая уход из офиса, хотя именно сегодня никаких причин для задержки нет. Только ведь дома стоят королевские гортензии, выкинуть которые у меня не поднимется рука, и даже ненадкусанное пирожное ждет в холодильнике.
Услышав уверенные шаги в коридоре, взбадриваюсь.
Дверь в приемную открывается, и уже заготовленный дежурный оскал увядает у меня на лице.
В распахнутом френче и со свернутым в трубочку листом бумаги в руке в мою вотчину входит Илья Волков.
– Ириш, чего с телефоном? Я до тебя достучаться не могу, – как ни в чем ни бывало спрашивает он.
– Добрый вечер, я могу вам чем-то помочь.
Тень наползает на чело Волка.
