В городе забыли Андрея... Его жена и друзья исчезли вместе с ним. Теперь он едет домой в Березовку, где пытается восстановить свою жизнь после потери всего, что был ему близко. Но когда он выходит на улицу, все кажется будничным и холодным, как будто мир оставляет его один наедине с собственными мыслями и слезами....
"
"Сильно воняло потом, перегаром, жареной рыбой и прогорклым маслом. За столами, на массивных широких лавках, сидели несколько компаний по восемь-десять человек. Под ногами похрустывали рыбные кости. Сайм толкнул меня в плечо и, глупо хихикая, сказал:
- Ну, че встал! Пошли к нашим!
«Наших» я узнал по сидящему во главе стола Маркану, это была самая большая и, пожалуй, самая пьяная компания. Меня встретили довольно дружелюбным гулом голосов, и Маркан объявил:
-- С опозданца пива на всех! Эй, Фанка, слышишь?! На всех пива!
Из дверей кухни выглянула мрачная чернобровая женщина с отечным лицом, кивнула мне, как старому знакомому и вновь исчезла.
Через пару минут совершенно седой, но здоровый, как лось, мужик бережно поставил на стол бочонок литров на двадцать пять-тридцать, сильным движением вбил в него кран и, оттолкнув несколько кружек, которые попытались подсунуть страждущие, мрачно заявил:
-- Полторы серебрухи. Это -- свежее.
Глава 23
Глава 23
ОСКАР
Пиво было просто восхитительным, но чуть тяжеловатым! Плотное, густое, с очень легкой горчинкой и изрядной долей алкоголя.
Мужики гомонили, наливая себе в здоровенные глиняные кружки, сдувая пену и, стуча посудинами друг о друга. От лихих движений пиво перехлестывалось через край, заливая и без того липкий стол. Я сделал еще глоток и прохладный напиток маслянисто скользнул в горло, смывая нервное напряжение.
Сайм, жадно глотая, выхлебал почти пол кружки и, вытирая пену с лица рукавом, довольно хекнул:
-- Й-эх… Доброе пиво! И дурмана в меру.
Слово дурман мне очень не понравилось. Я насторожился и решил пока больше не пить – хрен знает, что туда добавляют. Тем временем, слегка окосевший Сайм, продолжал:
-- Гайн, конечно, скотина та еще, крыса, можно сказать! Своих же друзей опрокинул. Но ведь куш-то поди не маленький взял? – он смотрел мне в глаза затуманенным взором, с каким-то детским любопытством ожидая ответа.
Я смочил губы пивом, гулко булькнув кадыком – якобы глотнул, и спокойно ответил:
-- Вот сам у него и спроси, вы же, помнится, были друзья -- не разлей вода.
Маркан внимательно оглядел нас острым и достаточно трезвым взглядом и скомандовал:
-- Заткнулись оба!
На секунду за столом воцарилось молчание, а потом снова поднялся гул голосов. Говорили в основном о рыбалке – кто сколько поймал, сколько заработал. Два мужика постарше, сидящие напротив меня, обсуждали предстоящую свадьбу чьей-то дочери – беседовали о кандидатуре жениха, да сколько приданого придется отсыпать.
