Автор
В глухой улице орала мужчина, вызывая насилие даже в тихом спокойствии осенних сумерек. Метрах в двухстах от них лежали два истекающих кровью тела — жертвы его последней язвы. В этом мраке и грохоте бешенства он чувствовал себя почти неподвластным, но не более того.
Он, конечно, делал вид, что все прекрасно, веселился вместе со всеми, но я-то видела, что ему не по себе. Вы поцапались вчера, что ли? Татьяна Васильевна тихонько попросила нас уйти из гримерки, сказала, что вам с отцом надо кое о чем переговорить. Это случилось, когда мы ушли?
- Угу, - подтвердил я, пережевывая бифштекс.
- И сегодня ты хочешь доказать ему, что что-то умеешь, - задумчиво продолжила Света. - Он сказал тебе что-то очень обидное, да?
- Да. - Я глубоко вздохнул. - Он сказал, что стыдится меня, что я его позорю.
- И поэтому ты не приехал на банкет?
- Я работал, Света. Совершено убийство, я - работник милиции, у меня была возможность помочь, и я помог.
- Ну извини, Гарик, я неточно выразилась. Вы поскандалили, и поэтому ты предпочел работать на чужой территории, а не сидеть вместе с родителями на банкете. Все понятно.
- Осуждаешь?
- Да что ты! - улыбнулась Светка. - Я все понимаю. Просто я не предполагала, что твоих родителей так ломает от твоей работы. Ну, я знала, конечно, что они недовольны, не одобряют, но мне казалось, что они привыкли, ведь столько лет прошло… А вчера Татьяна Васильевна такой ушат негативных эмоций на меня вылила! Я даже не ожидала. Не думала, что для них этот вопрос до сих пор актуален, да еще с такими оттенками, как «стыд» и «позор». С этим надо что-то делать, Игорь, это нельзя так оставлять.
- Что ты предлагаешь мне делать? Работу бросить? Со службы уйти?
- Перестань, - она досадливо поморщилась, убрала пустую тарелку и поставила на стол чашки для кофе. - Я немножко знаю тебя, так, совсем чуть-чуть. Со службы ты не уйдешь, это очевидно. А вот мысль раскрыть громкое преступление, чтобы доказать папе, что ты чего-то стоишь в этой жизни, тебе вполне могла в голову прийти. Ведь пришла, я не ошиблась?
- Ты никогда не ошибаешься, - сердито буркнул я.
- Зато с тобой весело, Гарик, прямо обхохочешься, - парировала она. - И у тебя уже есть идеи, как это сделать? Ты ведь только что сказал, что преступление совершено не на твоей территории, значит, ты в раскрытии участвовать не можешь.
Ну слова ей сказать нельзя! Все запоминает, все сечет, на кривой козе не объедешь. Ах, Светка, Светка, до чего ж я тебя люблю! По-братски, конечно.
