Запах цветущего кедра непременно заставлял слушать природу — пение птиц, шелест листвы и журчание воды. Внутри палатки царила мгла, но при этом холод и сырость постепенно пробуждали сознание. Женя быстро заменила влажный подстилённый спальник на жердёное основание, чтобы избежать неприятного разницы в температуре....
Интерпол разыскивает: особо опасные. Беглый Сорокин бродит в тапочках — никуда не денется. А вот эта парочка!..
— Уже раз брали — и что? — огрызался тот. — Сами же и выпустили! Ты как хочешь, у меня приказ работать с МЧС, сопровождать губернатора.
— Я их выпустил, что ли?
— Не знаю, — многозначительно произнёс участковый. — Странные дела творятся. Профессор Дворецкий тоже сбежал из-под твоего носа и с твоим ружьём. А если он Рассохина укокошил?
Кошкин заметно обвял, стал обильно потеть, но не сдавался.
— Террористку выпустил московский генерал! Она ему в пах ногой — и в окно.
— Столько лет знаем — просто Дуська была, — проворчал Гохман, — хозяйка Карагача. Все мужики слюни пускали... Как генералу по яйцам дала — так террористка, Интерпол...
Кошкин всё ещё пытался напустить значимости на операцию.
— Кто бы предполагал? Только сейчас открылись факты... В Канаде знаешь что творила? Но мы её возьмём, Фёдор. И подельника её возьмём. Говорят: у него папаша депутат, но нам даден карт-бланш с самого верха.
— Нас самих-то возьмут на борт? — всё ещё хотел увильнуть Гохман. — Кто к нам летит, знаешь, в окружении столичных журналистов?
— Как же! — восхитился Кошкин. — Ещё под личным сопровождением губернатора! Вот это женщина! Все фильмы с её участием смотрел.
— Поэтому и вырядился?
— Зато ты, как вахлак.
— С актрисой будешь объясняться сам!
— Ну, не тебя же посылать! Хоть бы переоделся, побрился! Бомж, а не работник милиции.
Сам он был в новеньком костюме, галстуке и туалетной водой разило за версту — эдакий сельский франт.
Явственный и уже близкий гул тяжёлого вертолёта вызвал суету. Бурнашов незаметно, козьими тропками удалился в прошлогодний чертополох, где сидел Колюжный.
— На тебя ещё угон повесили. Поздравляю! — И сел рядом. — Не пойму, в самом деле Интерпол ищет?
— Пока — Распутин... А это ещё хуже.
Бурнашов спешил и в детали вникать не захотел.
— Попробуем рекой прорваться.
— Матёрую арестуют. Только лететь...
— Всё, мы уже отлетались. Этот из прокуратуры — крутой. И даже Неволина не поможет.
— Я должен увидеть Евдокию Сысоеву.
Бурнашов всмотрелся в него, как доктор в пациента.
— Да ты что, Славка? Запал, что ли? Точно, запал!
— Арестуют, выдадут канадским властям. Распутин ей не простит... Мне надо лететь.
— Так и тебя арестуют. Приказано — обоих! А в придачу — Сорокина.
