Автор
В свете ламп и зажженных свечей, Юля сияет центре комнаты — платье белое, глаза яркие, как будто приглашает к танцу. Мир вокруг погружается в молчание, а ты стоишь у входа, дрожа от ожидания. Это Запрещенные слова, где каждый шаг должен быть обдуманным, каждая фраза — нежданно-негаданной....
Он всегда так смотрел на меня, но сегодня выносить этот взгляд особенно трудно.
Костюм жениха — черный, модный, — сидит на нем безупречно, галстук слегка ослаблен, а на запястье поблескивают часы, которые я ему подарила. Тогда, когда все еще было иначе.
— Великолепно. Ты счастлив? — мой голос звучит ровно, без намека на дрожь.
— Очень, — он чуть склоняет голову набок, изучая меня чуть пристальнее. — Юля уже успела сосватать тебя за Игоря. Ты в курсе?
Игорь? Мне нужна секунда, чтобы сообразить, о каком Игоре речь. Саша приходит на помощь — кладет руку мне на плечо, разворачивает немного влево, фокусируя мое внимание на симпатичном темноволосом парне.
— Кстати, не помню его среди твоих друзей, — потому что правда не помню.
Ладонь Саши жжет кожу даже через одежду. А еще мне кажется, что пока его пальцы лежат на моем плече — на нас пялится вся Юлькина родня. И не важно, что это она стала женой моего любимого мужчины, важно — что сейчас ее муж дотрагивается до своей бывшей у всех на виду.
Мягко веду плечом и ладонь Саши медленно сползает вниз.
Мы смотрим друг на друга. Он сжимает и разжимает пальцы. Улыбается с оттенком грусти.
— Вообще-то, мы с Игорем вместе летаем. Два года уже.
Я знаю, на что он намекает. На весь наш последний год, когда я слишком много работала, а он — слишком долго летал. Но ковырять сейчас эту рану — слишком энергозатратная задача, даже для бесконечного ядерного реактора моего самообладания. Поэтому, я делаю вид, что все эти глубинные смысли не для меня и просто смеюсь.
— Где я — а где замуж. У меня на эту жизнь другие планы.
— Ах да, работа, — кивает он. Делано задумывается. — Снова работа. И, вроде бы, еще работа? Ничего не забыл?
Я пью ставшее горьким шампанское и киваю.
— Ты всегда говорила, что у тебя слишком много амбиций.
— И я не врала, — пожимаю плечами. Саша говорил то же самое, а потом оказалось, что я говорила правду, а он — просто говорил.
«Мне была нужна женщина, всегда была нужна женщина», — сказал Саша в тот день, когда я вернулась после очередной рабочей субботы и он решил во всем сознаться.
Саша молчит секунду, затем негромко говорит:
— Ты выглядишь… слишком хорошо, Пчелка.
Я поднимаю на него взгляд. В глазах Саши все то же мягкое внимание, чуть больше, чем просто дружеское. Он смотрит на меня с этим его вечным терпением, будто ждет, что я признаюсь. Но я не признаюсь."
"— Оставь, Саша, — бормочу я. — Не надо вести себя со мной так… деликатно.
