Женщина дышала тяжело, бежала по коридорам с зеленым светом, озираясь и натыкаясь на закрытые двери. Она ускользнула от журналистов и выбралась в лабораторный комплекс, где ключ-карта для неё стала неожиданным ресурсом для проникновения.
Но со стороны домов, куда и откуда ехали «тойоты» послышалась длинная очередь, а потом одиночные выстрелы.
Двое из бегунов слегли, остальные бросились врассыпную, полезли в дома. Один пробежал совсем близко от моей нычки, даже увидел, расширенные от ужаса глаза, совсем вспухли, но он только подвизгнул и припустил быстрее.
Скрипнули колеса, потом послышался скрежет металла. Мертвый водитель валялся на дороге, а машину увело в столб. Мгновение тишины и с гулким бууух, раздавшимся от церкви по улице промчалось шипение.
Звуки стрельбы стали отдаляться, показалось, что сменился сектор обстрела. Не знаю, новая ли это экскурсия к упавшему ящику, или добивают второй автомобиль. Хотя, нет — знаю. На крыше мелькнул силуэт первого прыгуна, а на соседней улице послышался нарастающий топот.
Что за дебилы там так палят и как у них пройдет встреча с мертвяками, я узнавать не стал, и так глупая идея была соваться к контейнеру. Я сдал назад, пролез по канаве несколько метров и сиганул под какую-то лачугу, стоявшую на сваях. Вылез с другой стороны и перебрался через забор, оказавшись перед точно такой же лачугой, только крыша синяя. И сразу опять бросился под дом, скрываясь от парочки вялых зомбаков.
И так перебежками по дворам, отбиваясь от самых шустрых зомби, я добрался до музея.
"Вагон тоже был целый, и после беглого осмотра, я, наконец, оказался в безопасности. Забаррикадировался и первым делом зарядил магазины для пистолета-пулемета, потом вынул из заначки ТТ и устроил легкий субботник в меру доступных возможностей.
Выпотрошил из сумки остатки лапши, и вместе с пластиковыми осколками, ни сил, ни света не было, чтобы выбирать, заварил густую, практически без бульона, кашу из макарон. Гадость, но вкусная, даже с учетом, что пластик скрипел на зубах.
