Автор
Тени зала скрываются за массивными чехлами лож, а сверху падает тонкий мраморный свет. Воздух в зале напоен благоуханием бугеввилии и флердоранжа, где руки играют со стаканами с шампанским. Шарлотта Грейнджер, прищурив дымчато-зелёные глаза, внимательно следит за каждой мелочью: черная перчатка подчеркивает её уверенность в собственных теориях, а розовая ткань её платья оттеняет пустоту шатра....
И сама стала частью разношерстного общества Монте-Карло, где смешались члены царствующих домов Европы и представители сумеречного мира полусвета.
– Пожалуй, пойду отдохну, – объявила княгиня, вставая."
"– Вашей светлости угодно, чтобы я почитала?
В обязанности Шарлотты входило каждый день читать княгине французские и английские газеты, приходившие в Монте-Карло с большим опозданием.
– Нет. У меня разболелась голова от солнца. Приму снотворное. Шарлотта, позаботьтесь, чтобы Анри доставил мою карточку мадемуазель Бернар.
Шарлотта проводила княгиню в роскошно обставленную спальню. Пока горничная освобождала хозяйку от многочисленных слоев черного шелка, Шарлотта закрыла ставни, погрузив комнату в полумрак.
Княгиня проснется не раньше семи вечера и начнет одеваться, готовясь к вечерним развлечениям. Дни и ночи в Монте-Карло перепутались. Хотя княгине Яковлевой было уже за восемьдесят, домой она возвращалась не раньше четырех утра, проведя долгие часы за вистом и экарте.
Горничная поставила на ночной столик кувшин с ледяной водой, старательно взбила кружевные подушки и расправила шелковые простыни с княжеской монограммой, после чего обе девушки потихоньку удалились.
Горничной нужно было приготовить вечернее платье княгини, Шарлотте – приказать кучеру доставить карточку княгини в «Отель де Пари».
Выйдя на залитую солнцем террасу, Шарлотта заколебалась. Жара становилась невыносимой. Монте-Карло погрузился в сон. Ничего страшного, если она сама доберется до отеля, без сопровождения. Идти недалеко, поэтому Шарлотта решительно вернулась в дом, надвинула на лоб восхитительно маленькую шляпку с перышком, взяла кружевной зонтик и потихоньку закрыла за собой двери виллы.
Магнолии и гибискусы уступили место узким, вымощенным камнями дорожкам, поднимавшимся в холмы за казино и отель. На бульваре Мулен, громко смеясь, играли босоногие ребятишки.
Княгиня рассказывала, что, когда в начале семидесятых впервые приехала в Монте-Карло, этого бульвара еще не существовало.
Отель находился рядом с казино.
