В зале бракосоха кипела атмосфера ожидания, пока Василий Протопелин медленно выпивал тосты и смотрел на собравшихся. Страшное слово "война" уже давно перешло из детских воспоминаний в реальность — теперь это было как проклятие, сглаживающее неровности жизни. Здесь каждый знал, что рано или поздно придется бросить все и отправиться на войну....
Он никогда так не поступал с матерью, – нервно ответила хозяйка и достала папиросу. – Простите, поищу спички.
Подполковник подождал, пока Вероника Арнольдовна сходит на кухню и появится с дымящейся папиросой.
– Если я вас правильно понял, вы три дня не видели сына.
– Я Вальку иногда месяцами не вижу, но звонит мне сын каждый день. Это у нас за правило. Три дня мой телефон молчит. Если не считать идиотских звонков хулиганов.
– Хулиганы – это по нашей части. В чем выражается их хулиганство?
– Ни в чем не выражается.
– Нюша – это его жена?
– Нюшка – это нюшка.
Женщина надрывно закашлялась и от кашля покраснела. Петр Григорьевич ждал, стараясь не смотреть в ее сторону. Кашляла женщина долго. Так кашляют старые курильщики.
– Нюша – его жена? – повторил свой вопрос Ерожин, дождавшись конца приступа.
– Зовут ее, кажется, Светланой. Я один раз эту нюшку видела и попросила больше ко мне в дом ее не приводить.
– Да, неприятно, – согласился Ерожин и опять с трудом сдержал улыбку. – Вы сказали, что номера телефона в новой квартире сына вы не знаете, так?
– Да, он ее только что купил. Видимо, и сидит там со своей нюшкой, а про мать забыл.
– Адреса этой квартиры у вас тоже нет?
– Кажется, есть. – Вероника Арнольдовна стряхнула пепел в ладонь и резко поднялась. – Сейчас поищу.
Подполковник терпеливо и долго ждал. Он слышал, как Вероника Арнольдовна в соседней комнате снова борется с приступом кашля. Наконец она вернулась и протянула ему бумажку с адресом. Новая квартира ее сына находилась в районе метро «Сокол».
– Вы позволите мне воспользоваться вашим телефоном? Я постараюсь узнать номер Валентина Аркадьевича.
– Ступайте за мной, – коротко приказала хозяйка и повела Ерожина в другую комнату. – Это владенье Вальки. Когда он дома, то ночует здесь. Садитесь и звоните.
Подполковник уселся в кресло и цепким профессиональным глазом сфотографировал обстановку. Комната Валентина Аркадьевича была меблирована тахтой, темным письменным столом на толстых точеных ножках и небольшим шкафчиком.
