Отем не дрогнув выдержала мой взгляд, ее блестящие, как драгоценные камни, глаза смотрели на меня, и я понял: она видит меня таким, какой я есть.
– Я не стал бы тебя винить, если бы ты больше не захотела иметь со мной ничего общего, – сказал я. – Если хочешь, я уйду и, обещаю, больше никогда тебя не побеспокою. – Я сглотнул набухший в горле ком, только сейчас сообразив, сколь многое стоит на кону. – Я этого не заслуживаю, но, надеюсь, ты дашь мне еще один шанс.
Отем смотрела на свои сложенные на столе руки и молчала. Потом бросила взгляд на наручные часы.
«Разговор окончен. Она больше не хочет со мной общаться. Ей нужно работать, учиться и…»
– Время обеда уже прошло – сказала Отем. – Я проголодалась, а ты прождал меня здесь четыре часа. – Она посмотрела на меня, на ее полных губах заиграла улыбка, взгляд потеплел, и я понял, что прощен. – Хочешь чего-нибудь перекусить?
– Ага, – ответил я хрипло. – Хочу.
– Извините, Отем, – сказала моя научная руководительница. – Знаю, это не то, что вы хотели услышать.
– Да, не то. – Я крепче вцепилась в телефон. – Что же мне теперь делать?
Я спрашивала скорее не ее, а себя. Гарвард отклонил мой проект, посвященный возобновляемому биотопливу, и эта новость придавила меня тяжелым камнем.
– Послушайте, – сказала мисс Робинсон, – можно подать заявку еще раз, следующей весной или даже зимой. Вы можете изменить проект, попробовать снова или вообще поменять тему. Или можете передохнуть, направить свои усилия в другое русло.
Я отчетливо услышала в ее словах подтекст: «Передохни и соберись, девочка».
– Да, хорошо, – ответила я. – Я подумаю.
– У вас по-прежнему есть все шансы закончить Амхерст с отличием, так что выше нос, дорогая, и с праздниками.
– Спасибо, и вас тоже с праздниками.
Мы одновременно дали отбой, и я уронила мобильный на колени.
Месяцы тяжелой работы, упорного труда – и всё коту под хвост. Сидеть в пустой, тихой квартире и переваривать эти новости в одиночку не было ни сил, ни желания. Я снова взяла мобильный и написала сообщение Уэстону.
Нужно поговорить.: (
Мгновенного ответа не последовало. Я написала Руби такое же сообщение, и тут же сообразила, что подруга перестала быть моим первым номером на случай чрезвычайных ситуаций и стала номером вторым. А первое место занял Уэстон
«В этом есть смысл, – подумала я. – Руби сейчас за тысячи миль отсюда, а мы с Уэстоном видимся практически каждый день. Только и всего».
Руби написала: Что стряслось?
Гарвард отклонил мой проект.
