После двадцатилетнего разрыва с родителями, девочка воспитывается одной мамой. Восьмилетняя героиня ждет встречи со своим отцом на день рождения, но он исчезает из её жизни уже в семь лет. С годами она перестаёт верить в то, что его вернётся.
Но я видела взгляд Марины, я слышала её тон, улавливала оттенки её голоса, которые она всеми силами старалась замаскировать, и знала, чисто по-женски чувствовала, что Марина всё ещё небезразлична к моему мужу. Антон этого не понимал, так сказать, чисто по-мужски. Он думал и желал того, что видел в данный момент. Меня, назад не оборачивался. А я всё замечала, и не удивлялась. Наверное, потому что сама его любила, и понимала, что даже если мы расстанемся сейчас, я буду вспоминать его и спустя несколько лет. Вот как мама вспоминала отца.
И забывать не хочу. Даже думать об этом, тем более сейчас, когда он целует меня со всей страстью, ласкает, соскучившись по моему телу, что-то горячо шепчет, и весь его жар и страсть для меня. И я отвечаю ему с нетерпением и жадностью. Повалились на постель, Антон с таким азартом избавлял меня от одежды, что я рассмеялась. Старалась ему помочь, расстегнула крючки на бюстгальтере, подёргала ногами, когда Антон с меня брюки стаскивал.
— Зефирчик мой, беленький и сладкий.
Я потянула его наверх и поцеловала в губы. Потом руки за голову закинула, позволяя мужу делать со мной всё, что хочет. Глаза закрыла и только дышала сбивчиво и поверхностно, чувствуя, как губы Антона касаются моего тела.
— Щекотно!
— Я знаю. — И снова щекой потёрся, а я захохотала.
Я его любила. Любила, любила, чёрт возьми. Когда он вошёл в меня, одним сильным толчком, я ахнула, но и подумала о том, что люблю. И руки к нему протянула, обняла, запустила пальцы в его волосы, а щекой прижалась к плечу Антона.
