Послевоенный Львов, 1946 год. Капитан СМЕРШа Алексей Кравец возглавляет райотдел МГБ и ведет неравную борьбу с бандами украинских националистов. Его личный враг Нестор Бабула становится ключевой фигурой в кровавом противостоянии, где на карту поставлены жизни мирных людей и судьба целого...
Раздел Chitat.online для книги «Жаль, не добили» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Послевоенный Львов, 1946 год. Капитан СМЕРШа Алексей Кравец возглавляет райотдел МГБ и ведет неравную борьбу с бандами украинских националистов. Его личный враг Нестор Бабула становится ключевой фигурой в кровавом противостоянии, где на карту поставлены жизни мирных людей и судьба целого...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Александрович Тамоников Литрпг подборки серии
Послевоенный Львов, 1946 год. Капитан СМЕРШа Алексей Кравец возглавляет райотдел МГБ и ведет неравную борьбу с бандами украинских националистов. Его личный враг Нестор Бабула становится ключевой фигурой в кровавом противостоянии, где на карту поставлены жизни мирных людей и судьба целого...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"
"Только все расселись, снова подъехала машина. Из нее высадилась Валентина Митрофановна Юрченко в подчеркнуто недорогом пуховике, с непокрытой головой. Она сделала прическу, старательно уложила густые кудри. Ее сопровождал седовласый мужчина зрелых лет в дорогом зимнем плаще. Шофер остался в машине, охранник скромно спрятался за колонну.
Женщина, цокая каблучками, взбежала на крыльцо. Седовласый мужчина едва поспевал за ней. Водители вышли из машин, закурили. Охранник поколебался, оторвался от колонны и спустился к ним.
Гныш учтиво поклонился.
– Добрый вечер вам, Валентина Митрофановна, и вашему спутнику. Располагайтесь поудобнее. Если желаете привести себя в порядок, к вашим услугам санитарная комната, дверь за камином. Петр Маркович сейчас спустится. Я схожу, потороплю его, если не возражаете. – Гныш устремился вверх по лестнице.
Гости уже освоились. Каждый выбрал себе место. Валентина Митрофановна оказалась во главе стола. Она села, но пока ни к чему не прикасалась.
– Вам здесь нравится, Валентина Митрофановна? – спросила Изольда, подбежав к ней.
– Местечково как-то, – проворчала женщина, осматриваясь. – Но, в общем-то, вполне сносно.
– Вы угощайтесь, пожалуйста, – проворковала Изольда. – Проголодались, наверное, с дороги.
Остальные относились к ситуации куда проще. Обстановка реально располагала выпить и закусить. Спутник Валентины Митрофановны открыл текилу, подтянул к себе блюдечко с лаймом. Встрепенулся официант, принес ему солонку.
– Текилы, Валентина Митрофановна? – обратился к женщине ее спутник.
– Спасибо. – Она презрительно фыркнула. – Я уже вернулась из Мексики. Красного вина, если можно.
Радикалы тоже быстро свыклись с атмосферой. Хрустели гигантские креветки, исчезала с блюд рубленая колбаска. Дорогая горилка потекла в хрустальные стопки.
– Не усердствуйте, хлопцы, – пробурчал Кваснец, но подставил свою рюмку.
Евгений Борисович Ружан, сидевший на другом конце стола, сдался последним. Он почесал затылок, хрустнул миниатюрным тайским блинчиком, потянулся к французскому коньяку и вопросительно покосился на даму с лисьей мордочкой. Та скорчила строгую мину, но согласно кивнула.
Несколько минут гости выпивали и закусывали.
Потом на галерее объявился Гныш в расстегнутом пиджаке. Он улыбался. Официанты отошли от стола, встали у стенки. Один достал из ливреи пачку сигарет и заскользил на улицу покурить. Там по-прежнему дымила большая компания.
– Ну и где ваш Петр Маркович? – проворчал, поднимая голову, Игорь Миронович. – Долго еще ждать?
– Нет, недолго, господа! – воскликнул Гныш. – Петр Маркович уже идет. Он дико извиняется за опоздание. – Касьян прижался к ограждению галереи, неторопливо извлек из-под расстегнутого пиджака израильский «Узи».
