В дыму и тени старого города, железному пламени мерцают тысячи огней. Мистик Жанны Французской и романтическая мечта героя-предательницы переплетаются в этом откровении страсти и предательства, где каждый шаг может быть последним.
Депеша генералу Мельгрену от подполковника Дегренси, форпост СэмарраВсадники гуляют с тем же размахом, с каким сражаются. А во время сражений нам приходится порой охуительно сложно.
К вечеру, когда солнце начало садиться, в зале собраний воцарилось такое буйство, какого я еще не видела. Все собрались вокруг столов – или, в случае Второго крыла, на столах, – заставленных блюдами с едой и кувшинами со сладким вином, пенистым элем и лавандовым лимонадом, в котором явно присутствовала доля дистиллированного спирта.
Только стол на помосте пустовал. В этот момент в зале не было ни командиров крыльев, ни командиров секций, ни даже командиров отрядов. Если не считать звезд на плечах, обозначающих годы службы в Басгиате, все мы сегодня были равны, даже новоиспеченные лейтенанты.
В голове у меня катался приятный гул, вызванный лимонадом и двумя серебряными звездами на плече.
– Шантара? – подняв брови, спросила Рианнон, наклоняясь вперед, чтобы посмотреть мимо меня на Ридока, который сидел по другую сторону.
Деревня, снабжающая Басгиат, всегда была открыта для второкурсников из квадрантов целителей, писцов и пехоты, но не для всадников. Нам запретили там появляться еще десять лет назад, после того как в результате драки сгорел местный бар.
– Я просто говорю, что слышал. Они наконец отменяют запрет, и это прекрасно, а то мы за год уже перетрахались тут все со всеми, – заявил Ридок, широко обводя кружкой зал.
Надин усмехнулась, сверкнула глазами и перекинула через плечо фиолетовые волосы, чтобы они не попали в кувшин с вином. Потом наклонилась через стол, чтобы чокнуться кружкой с Ридоком.
– Да уж, да уж… Здесь все становится слегка… – Она сморщила носик пуговичкой и посмотрела мимо Сойера на другие отряды в нашем крыле, – знакомо. Готова поспорить, что к третьему курсу это будет казаться прямо-таки кровосмесительством.
"Мы все рассмеялись, и никто из нас не упомянул об очевидном. По статистике, треть кадетов нашего года не доживет до третьего курса, но сейчас мы были Железным отрядом: мы потеряли меньше всех курсантов между парапетом и Полосой. И поэтому я предпочитала думать сегодня позитивно и буду так думать еще пять дней и ночей – в это время нашей единственной обязанностью будет подготовка к прибытию первокурсников.
