В дыму и тени старого города, железному пламени мерцают тысячи огней. Мистик Жанны Французской и романтическая мечта героя-предательницы переплетаются в этом откровении страсти и предательства, где каждый шаг может быть последним.
В полдень – за целый час до встречи – наш отряд из десяти драконов приземлился на высокогорном плато, на хребте над форпостом, и четыре дракона тут же укрылись в лесу, среди огромных хвойных деревьев. Остальные шесть встали крыло к крылу, готовые взлететь по первому же сигналу.
«Ты уверен, что они их не заметят?» – спросила я Тэйрна, убирая летные очки в рюкзак и соскользнув по лапе. Поморщилась от приземления на промерзшую землю. Этим утром я проснулась с текстом столетней давности, прилипшим к щеке, и жуткой болью в шее.
«Не уверен, но на этой возвышенности слишком мало снега, чтобы остались следы. Драконы чувствуют друг друга, только когда этого хотят обе стороны. Наших заметят, но не поймут, кто именно укрылся в лесу и сколько их».
«Не сказать, что это утешает».
Особенно если учесть, кто напросился лететь с нами. Я размяла руки, грея лицо на солнце, и осторожно покрутила головой, чтобы оживить оцепеневшие мышцы. После вчерашнего боя с Соласом и сна на библиотечном столе тело было сыто мной по горло – и я его вполне понимала.
«Ты не дитя, чтобы тебя утешать».
И то правда. Если помнить о разъяренном подростке, которая осталась ждать в Аретии. Когда я объяснила, что логических оснований для ее присутствия здесь нет, даже если Тэйрн согласится ее понести, Андарна прокляла весь род Тэйрна, а потом заблокировала нас обоих и улетела на тренировки со старейшинами.
Единственной же реакцией Тэйрна стало бурчание о перепадах настроений у подростков.
От моего внимания не ускользнуло, что Сгаэль стояла между Тейном и Фанн – сварливым зеленым мечехвостом Ульцеса, – а не с Тэйрном, что либо объясняло его угрюмое молчание, либо было его логичным следствием.
Мамочка и папочка ссорились, и это видели все.
Ксейден прошел перед Фанн, не обращая никакого внимания на возмущенное фырканье от его приближения, и снял перчатки, направляясь ко мне.
– Вчера ты не вернулась в комнату. – Он нахмурился, быстро вглядываясь в мое лицо и сунув перчатки в карман, и я повторила его действия на случай, если нам придется колдовать.
Потом укрепила щиты.
– Я была в библиотеке с Даином, искала в дневнике Уоррика, в чем ошиблась. Мы оба уснули за столом, а с утра к нам присоединились Есиния и другие, чтобы помочь. – Я встретила его взгляд, потом отвернулась, пока не начала забрасывать его вопросами или делать еще какие глупости – например, простила его еще раньше, чем он даст ответы.
– Я думал, Есиния не знает старого люцерийского.
