В дыму и тени старого города, железному пламени мерцают тысячи огней. Мистик Жанны Французской и романтическая мечта героя-предательницы переплетаются в этом откровении страсти и предательства, где каждый шаг может быть последним.
– Ты должен выбрать. Мне хватит ресурсов поставить чары либо здесь, либо… там. – В моем голосе была нескрываемая мольба. – Я не могу решить за тебя.
Он и так отдал уже этому месту слишком много. Отдал мне.
Ксейден снова взглянул на зависшую в воздухе орду и театрально медленное снижение Мудреца на виверне.
– Чары ставят там, где находятся, то есть здесь.
– Но твой дом… – Мой голос звучал тише шепота.
– Ты – мой дом. И если сегодня мы все умрем, то знание все равно умрет с нами.
– Уверен? – Мое сердце стучало, будто часы, отсчитывающие время, которое нам осталось.
– Уверен.
Я кивнула, потом моя рука выскользнула из его – и я обратилась к самому большому дракону на Континенте.
– Мне нужно с тобой поговорить.
– Да твою мать, Ваойлет! – Ксейден резко развернулся, встав рядом со мной, когда Кодаг медленно поднял голову и чуть склонил ее, чтобы пронзить меня взглядом прищуренных золотых глаза, – потому что даже если бы он положил голову на землю, я все равно достала бы только до ноздрей.
– Если нет, нам всем конец.
И лучше поторопиться, потому что Тэйрн почти добрался. Я чувствовала, как он прорывается через мои щиты. Ни одному всаднику не удержать своего дракона, если он хочет что-то знать."
"– Ты знаешь про чары. – Это прозвучало как обвинение – да им и было. – Но не рассказал своему всаднику, потому что драконы защищают драконов.
Мне в лицо ударил пар, и Ксейден тихо выругался, завивая тени у ног.
– Да. Я догадалась. Я уже применила огонь Тэйрна на втором камне чар. Если я заряжу камень в Басгиате, ты поможешь? – спросила я, впиваясь ногтями в ладони, чтобы не трястись.
Этот дракон единственный на всем Континенте, кроме Сгаэль, не боялся Тэйрна.
– Для Басгиата не нужен именно он в качестве черного дракона, – возразил Ксейден. – У тебя же есть Андарна.
– Ты. Поможешь? – Я выдержала угрожающий взор Кодага.
Он выпустил еще один клуб пара, уже слабее, потом чуть качнул головой, подняв ее, когда слева приблизился Тэйрн, а из-за лапы Кодага показался Мельгрен.
«Играешь со смертью?» – спросил Тэйрн, проталкиваясь через щиты.
«Нужно было поговорить о секрете… который не мой, – ответила я. – Пожалуйста, не допытывайся».
Когти Тэйрна сжались в ледяной жиже.
